В гостиная розовеет приглушенным светом, а из подъезда доносится шепоток и тихие шаги. Мимо бегут молодые с мешками на плечах, в глазах усталых домоуправляющих виден оттенок юмора. В это время жизнь Фролова словно бы оживает, открывая новую страницу в повседневной тетради любви и сексуальности....
- Где Лена?
- На кухне.
- А Сережка?
- Во дворе. Все еще тельняшкой форсит.
- Отнеси ей трубку. Только сама назад смойся - я секретничать буду. Поняла?
- По-оняла, - протяжно заверила она его.
И через полтора десятка секунд он услышал голос Елены Андреевны:
- Что тебе, Витя? Извини, что шипит, - у меня блины на сковородке.
- Ничего. Просто хотел услышать твой голос.
Сейчас точно подумает, что он пьяный. На ""ты"" он был с нею только в особых ситуациях. Глянул на бутылку - и в самом деле, там оставалось над донышком всего пару сантиметров жидкости.
- Что-то случилось? - спросила она после паузы, видимо все-таки сбитая с толку.
- Нет. Правда.
- Случилось, - не поверила она. - Что?
- Пива напился.
- А Ирка где?
- Там, в комнате.
- Поссорились?
- Да нет же. Совсем-совсем наоборот, - мягко сказал он, чтобы она действительно поверила. Она хорошо знала все его интонации.
- Тогда что?
- Я… ты разрешишь мне… прийти к тебе?..
- Сейчас? - растерялась она.
Шум сковородки тут же исчез - видимо, отошла от плиты.
- Нет. Вообще. Когда-нибудь. На следующей неделе, например…
- Конечно. Конечно, Витя. Когда ты скажешь… - снова после паузы промолвила она, словно бы и обреченно, и в то же время с еле сдерживаемой радостью.
- Мне очень… это нужно… нам с тобой обоим… обоим необходимо, - как бы извиняясь, добавил он.
- Хорошо. Конечно. Я буду ждать…
- Ну, пока…
- Ирку поцелуй.
Он положил трубку и выхлебал остатки пива. И потянулся к холодильнику за литровкой, как вдруг дверь тихонько отворилась и показалась голая Катька. Не вполне голая - на плечи был наброшен Иринкин домашний халат, в котором она принимала сегодняшних гостей…
- Можно?
- Можно.
Она виновато зашла и присела у колен, уставившись снизу в его глаза.
- Что-то произошло? Почему ты оставил нас одних?
- Чтобы не смущать.
- Правда? Только поэтому?
- Правда.
- Ирину?
- Всех.
- Меня ты не смущаешь. Совсем наоборот.
- Так лучше. Поверь мне.
- Верю. Я тебе во всем верю. Больше, чем себе.
- Ты сейчас жутко красивая. Невозможно красивая. Посиди со мной. Пусть они побудут вдвоем.
- Да. Пусть побудут. Тебе не больно?
- Больно.
- А мне нет. Совсем. Как же ты так можешь?
- Сам не знаю.
- Хочешь, я на тебя сяду?
- Нет. Сегодня не надо. Потом. Мы теперь часто будем видеться… так.
