В гостиная розовеет приглушенным светом, а из подъезда доносится шепоток и тихие шаги. Мимо бегут молодые с мешками на плечах, в глазах усталых домоуправляющих виден оттенок юмора. В это время жизнь Фролова словно бы оживает, открывая новую страницу в повседневной тетради любви и сексуальности....
Я влезла на стол, чтобы поправить защипки на шторах… Там же никого не было… а я в этой своей юбочке… А он зашел незаметно… Конечно, все увидел, я же потянулась, руками до карниза еле дотягивалась… И он меня снял, так, знаешь, за талию, и спустил на пол.
- Сквозь брюки?"
"Последние годы они часто так фантазировали, дразня и возбуждая друг в друге нечто вроде ревности, то с шутками, плоскими или по-настоящему остроумными, то вроде как совсем всерьез, воображая самые тривиальные или самые невероятные ситуации, заставляя друг друга верить в действительность иллюзий разными тонкими подробностями придуманного.
- Нет, правда, это было на самом деле… На мне трусики были… те, белые… в которых попка совсем голая.
- Ты пришла в синих.
- Я переодела. Ты не заметил, на кухне был… Те, белые были на мне мокрые, а когда подсохли, стали внизу как корка.
- Ты тоже спустила?
- Нет.
