Автор
В древнем подвале с зловещими старинными стеклами яркий свет заливал комнату. Зазвонил старый телефон, и приказывали явиться к высокоблагородию — деду по совместительству полковнику Белову Иннокентию Полладовичу. Уж кто-то мог успокоить его раздраженное безделье, только если он сам примет вызов в этот запущенный угол....
И молодая девушка, со светлыми чуть вьющимися локонами, спадающие до самой поясницы.
Но я уже заворожено, и не моргая, взирал на два глубоких голубых омута. Хоть и до девушки было приличное расстояние. Сердце быстро застучало, и кровь ударила в голову, а в горле оказался сухой ком, который невозможно сглотнуть.
— А ведь и вправду, в ее глазах можно утонуть! — не нарочно вырвалось у меня.
Глава 2. Ужин, путешествие и испорченный вечер!
— Костенька, дорогой, совсем забыл старика! — начал издали дед.
А после подойдя к своему другу, сердечно того обнял, на что тот ответил ему взаимностью, крепко схватил деда за плечи.
Мужчин был седовлас, короткие стриженые волосы, выделялась бородка «эспаньолка», тонкие губы, темные глаза и широкий нос, заметно, что крепко сложен, как и у деда, бессменная военная выправка.
— Кеша, весь в делах, вот недавно с внучкой вернулись из Иерусалима, сразу к тебе. Цени, родной! — бодро ответил мужчина, улыбаясь.
— Конечно, ценю! Сто лет тебя не видел, — в тон ответил ему дед.
И повернувшись к девушке, восхищенно на ту посмотрел.
— А это что за богиня посетила наш скромный обитель? Хороша красавица! Алиса? Если я правильно помню, верно? — потер подбородок старик, подмигивая своему другу и разглядывая незнакомку.
— Верно, Иннокентий Полладович. Дедушка много о вас рассказывал, давно хотела с вами познакомиться, — проговорила девушка, бархатистым голосом, мило смущаясь.
«А голос, какой! — лишь подивился я, искоса глядя на красотку».
Ведь было на что смотреть.
Это была прекрасная девушка, быть может, самая прекрасная, что я видел. Алые губы и тонкие брови, подчеркивали изумительную миловидность девушки. Светлые вьющиеся волосы, ниспадавшие до самой талии, были украшены красной лентой. Одета была в светлое летнее платьице, облегающее точеную фигурку девушки. В лице уже таился мимолетный опыт зрелой женщины. Но даже несмотря на её яркую женственность, щеки с милыми ямочками, иной раз наводили на мысль о маленькой девочке. И в завершение, овальное личико красивой молодой женщины и глубокие голубые глаза.
«А ведь хороша, так и влюбится не долго, — промелькнула у меня крамольная мысль, хоть я никогда не был влюбчивым человеком»."
"— Вот, Палаша! Учись, неуч! Смотри, как надо к пожилым обращаться. С уважением! Как сказала Алиса, «дедушка»! А ты всё, старик да старик, — стал коверкать меня дед. — Еще и избиваешь дедулю.
