Собрав все свои силы, она пыталась произнести нужные слова, но получалось невнятно. Тогда дракон вытянул к ней морду, и девушка прошептала, старательно выговаривая каждое слово:
— Возрождающее пламя… ещё не поздно… Ты можешь… для неё… — прорицательница закашлялась и потеряла сознание от невыносимой боли.
Дракон надолго замер. Он отстранённо наблюдал, как один из мужчин подбирался к прорицательнице, чтобы помочь, а другой следил за самим драконом, намереваясь в случае угрозы сражаться с ним!
Действия этих людей не волновали его. Дракон познавал себя и свои возможности, а потом набрал воздуха — и в следующее мгновение из его пасти вырвалось бело-золотое пламя, которое поглотило и Шет, и лежащую рядом прорицательницу, и оберегающих её самцов.
Эсса не видела, какой ужас, а затем ошеломление мелькнули в глазах её защитников, когда они увидели выдыхающего пламя дракона.
Сперва они почувствовали, что боль исчезла, и тут же увидели, как в пламени восстанавливается тело госпожи Шет.
Никто не мог отвести взгляда от этого чуда. Возрождающее пламя словно бы заново создавало фигуру женщины, становясь его основой и вплетая в себя струящуюся из её груди целительскую энергию самой Шет.
Тут же рядом засияла Эсса. Пламя омыло её, и на какое-то мгновение все увидели истинную мощь дара девушки, а заодно стало видно, как рвутся цепи клятвы, взятой у неё стихией. Момо и Нико прикрыли глаза руками, чтобы сияющее золото не слепило их. Но и их суть показало возрождающее пламя."
"Момо вновь выглядел, как могучий страж, а вот Нико неожиданно вспыхнул яркой радугой и даже прикрытые глаза не помогли защититься от этого света.
Эсса застонала и стала приходить в себя. Если бы она успела увидеть блеск и сияние Нико, то вспомнила бы о птице Удачи. Но дракон уже захлопнул пасть и с недоверием принялся разглядывать, что же натворил.
В установившейся тишине Эсса приподнялась и сразу же почувствовала себя неуютно из-за наготы. Сначала она испытала неловкость за себя, потом раскраснелась из-за Момо и Нико, которых отсутствие одежды ничуть не смущало.
Подтянув согнутые ноги и обняв себя руками, Эсса уткнулась лбом в колени и категорически отказывалась встать. Только когда принесли и накинули ей на плечи большой плащ, служивший покрывалом на ночевках, она облегчённо вздохнула и осмотрелась.
Ей все улыбались. Нико и Момо, То́го и Накара, Эарии и ящеры, а доктор Шет в рубашке Каадавра, доходившей ей до середины икры, с восторгом смотрела на свои руки и одновременно торжественно прикладывала их к ранам пострадавших, и ожоги исчезали прямо на глазах.
— Это невероятно, — обернувшись к девушке, проговорила она, и вновь принялась пробовать свои новые возможности.