Автор
В ЭТОЙ больной любви женщина нарушает запреты и стереотипов, открывая глаза на мир необозреваемых инстинктов и чувств. Книга раскрывает глубины сексуальной экспериментации и независимости в поисках освобождения. Вокруг зловещей атмосферой, где тайны и грехи переплетаются в самой противоречивой изреченной любви....
— Пожалуйста, — умоляю я, обращаясь к Эроу. — Мы не можем этого сделать. Это неправильно.
Я обращаюсь к нам как к «мы», умоляя его понять, что я ему говорю. Я чувствую, что он ошибается насчет Сэйнта. А может, он и правда ошибается и знает об этом. Может быть, его общая цель — уничтожить избранного сына — была его миссией все это время. Месть за жизнь Сэйнта, которую он видел из тени.
Есть способы отомстить, но не путем уничтожения невинных. Независимо от того, верит Эроу в христианство или нет, у меня, как у порядочного человека, все равно есть своя мораль, от которой я не могу избавиться.
"Эроу проводит свободной рукой по животу, ногти прочерчивают шрамы, как будто они внезапно начинают зудеть от воспоминаний о прошлом.
— Видишь ли, Сэйнт, секс не разрушает христианство, — говорит он, полностью игнорируя меня и обращая на него свой жесткий взгляд. — Секс естественен. Он генетически запрограммирован в нас как биологическая мотивация, по которой мы живем в повседневной жизни. Он приятен, органичен и является первобытной потребностью, которую наши тела постоянно ищут, независимо от того, осознаешь ты это или нет.
— Блуд — это грех…
— Секс не разрушает христианство, — спокойно, но с раздражением повторяет Эроу, полностью прерывая Сэйнта. — Это делают мужчины.
Глаза Сэйнта сужаются, оба их горячих взгляда прожигают друг в друге дыру.
— Так что ты собираешься трахнуть ее так, как ты себе представлял, и показать своему отцу, кто ты есть на самом деле: мужчина, у которого нет никаких привязанностей, кроме вечной любви к одному лишь своему Богу.
Желчь поднимается у меня в горле от его слов.
Сэйнт качает головой, его ноздри раздуваются. Встав с кровати, он делает шаг к Эроу, и я задыхаюсь от ужаса.
— Ты думаешь, что сможешь напугать меня этими угрозами? Что ты собираешься сделать? Застрелить меня? Убить меня? Закопаешь меня в грязь? Думаешь, я не готов умереть за свою религию?!
Он стоит перед Эроу, не понимая, что за безумие творится перед ним.
Эроу лениво вскидывает голову в мою сторону, на его лице появляется жуткая ухмылка, словно он хранит какой-то секрет. Как будто он подсказывает мне кусочки головоломки, которую складывает.
