Автор
Когда радиочувствительность начала бить по дрожащему сердцу, внутренняя тревога наконец достигла своего пика. В зеркале заднего вида отца я увидела только безграничную тоску и неодобрение — сигнал, что он уже знает о том, что произошло.
Но они хохочут, будто это прозвучало забавно.
– Да, – поддерживает еще одна брюнетка. – Взгляд у него какой-то волнующий. На меня так тоже еще не смотрели.
– Это просто чрезмерная похоть, девочки, – заявляет Вика.
Я чувствую, что краснею. И начинаю злиться. Не только на Яна. На них всех.
– Ну и ладно! – выкрикивает Кира. – Похоть так похоть. Когда еще трахаться, как не в студенческие годы!
Я чуть с тренажера не падаю. Застываю, шумно дыша. Растерянно перехватываю взгляд Валика. Похоже, этот разговор неприятен только нам с ним.
Почему все такие глупые? Откуда они только пришли?
У нас в гимназии таких обсуждений никогда не водилось. Если это та самая взрослая жизнь, то мне в ней уже не нравится.
– Да дело не в похоти, кисы… – снисходительно толкает блондинка с накачанными губами. Ее имя я запомнила сразу, потому как оно выделялось – Мадина. – Мм-м… Тут нечто другое… Но в постели с ним… Мм-м… Точно будет классно… – воркует с неестественными томными паузами.
Возможно, это из-за тренажера-бабочки, в котором она разводит и сводит руки. Но звучит крайне бесяче. Смотрю на нее, сощурившись, и осторожно прикидываю, что раньше случится: из крошечного топика вывалится ее грудь, или глаза у Валика.
– Этот, который рядом с Нечаевым сидит, тоже горячий.
– Самсонов?
– Да, Макс.
– Юния, а ты откуда Нечаева знаешь? – неожиданно обращается ко мне Мадина.
Я теряюсь. И зачем-то, абсолютно бессмысленно, вру.
– Вовсе я его не знаю.
Теперь все смотрят на меня.
Кровь одуряющей волной ударяет мне в череп, вызывая головокружение. Сердце принимается судорожно и слишком усердно качать остатки, будто у меня там бездонная скважина.
Схожу с эллипса, когда понимаю, что просто свалюсь.
Отряхиваю лосины. Заправляю болтающуюся у лица прядь за ухо. Нервно натягиваю рукав мастерки на запястье. И только после этого неуверенно поднимаю взгляд.
– Вот что ты врешь, а? – бомбит Мадина, заставляя меня задохнуться.
Я размыкаю губы, тяну кислород… Но сказать так ничего и не успеваю.
– Один игрок травмирован, – сообщает с улыбкой распаленный докрасна Самсонов. – Нечай сказал, что ты можешь заменить.
Максим смотрит мне в глаза, но я не соображаю, что несет в себе это извещение. Пока он не наклоняется, чтобы обхватить мои ноги под коленями и закинуть меня себе на плечо.
6
Как ты смеешь?
© Юния Филатова
В происходящее невозможно поверить.
