В холодных лабиринтах Минска он чувствует себя незнакомым гостьем. Жизнь, казалось бы, сворачивается вокруг него, а мысли бьются о стену решимости. Куда ни шло — враги идут на новый шаг, будто сглаженные струны скрипки. Эта книга держит сердце за горло, пока не разгадаешь тайну его присутствия в столице....
Только упаси тебя бог снова вернуться раньше времени…
Через неделю Курган с группой из пяти человек уже шастал в прифронтовой зоне, проникая все глубже на территорию противника."
"За эту вылазку ему удалось поджечь советский вещевой склад, дважды осуществить подрывы железной дороги, что вызвало затруднение, пусть и ненадолго, движения воинских эшелонов. Напоследок диверсанты грохнули трех красных командиров и лесами ушли обратно к немцам.
Вебер оценил вылазку высоко:
— Молодцы!
— Не скажу, что много красных перебили, — сказал Курган в ответ.
— Не забывай, что в докладах по инстанциям цифры имеют склонность к росту. Так что в Берлине результаты работы вашей группы выглядят куда более масштабными.
Потом была еще одна заброска. Курган влился в диверсионный отряд, уже действовавший в советском тылу. В основном эти бравые вояки пили самогон в непотребных количествах, занимались мародерством, грабежом населения, ну а еще боязливо скрывались в чащах от войск НКВД. При этом не забывали посылать победные рапорта в адрес «Сатурна» о несуществующих успехах.
Кургана его новые соратники чуть было не грохнули, поскольку обоснованно заподозрили, что тот доложит об их художествах в Центр. И ему пришлось притворяться своим — пьяницей и трусом. Однажды он ушел от них и самостоятельно пересек линию фронта в заранее обговоренном с руководством месте.
— Я так и думал, — удовлетворенно потер руки Вебер, выслушав его доклад. — Без немецкой плетки вы быстро спиваетесь и распускаетесь, как все славяне.
— Отряд небоеспособен.
— Ну, так это прекрасно!
— Почему?
— Потому что возникла необходимость разменять этих чудо-богатырей в игре с советской контрразведкой. А таких не жалко.
Скорее всего, Вебер выполнил обещание — разменял. Разговор об этом больше не возникал.
Глава 5
По плану транспортный «Юнкерс» должен был выбросить Забродина с подчиненными ему радистом и разведчиком как можно ближе к Москве. Немцы расстарались, снабдив группу пачкой самых надежных документов на все случаи жизни.
Основная задача агента Луня — установить контакт с его родным дядюшкой Сергеем Ивановичем Забродиным, которому присвоено оперативное обозначение «Консул». Тот наверняка знает, что племянник пропал без вести и давно выпил по нему поминальную. Может, даже расстроился и всплакнул — отношения к делу это не имело.
Как Лунь объяснит дяде свое чудесное воскрешение? Да очень просто: был сбит немцами, попал к партизанам, вышел к своим.
