В холодных лабиринтах Минска он чувствует себя незнакомым гостьем. Жизнь, казалось бы, сворачивается вокруг него, а мысли бьются о стену решимости. Куда ни шло — враги идут на новый шаг, будто сглаженные струны скрипки. Эта книга держит сердце за горло, пока не разгадаешь тайну его присутствия в столице....
— Вересов аж выпрямился.
— Из Егорьевска сообщили. Там у них пыль, дым, стрельба. Они, знаете ли…
— Поехали. — Вересов поднялся с кресла. — По дороге доскажешь!..
Глава 7
Агенты абвера Лунь и Сивуш мирно шествовали по Егорьевску. Недалеко от грандиозного белоснежного пятикупольного четырехстолпного храма Александра Невского, переоборудованного под кинотеатр, их уже второй раз остановил милицейский патруль. Документы у военных проверять не стали — без крайней необходимости таких прав у милиции нет. Но въедливо поспрашивали, кто, откуда и как.
Когда милиционеры отправились дальше, у Сивуша нервно задергалось правое веко.
Нужно было искать попутку до столицы. В поисках таковой Забродин и Сивуш по широкой Советской улице дошли до невзрачного двухэтажного кирпичного здания.
— Вот волки где окопались, — сплюнул зло Сивуш, прочитав вывеску «Отдел НКВД Егорьевского района».
Там у дверей маячили два автоматчика в милицейской форме.
— Надо бы их навестить. — Забродин упер ствол пистолета в бок напарника.
И тут же крикнул милиционерам:
— Товарищи, сюда! Это немец!
Забродин знал, что Сивуша в Москву тащить опасно — он непредсказуем, и неизвестно, какие еще инструкции получил в абвере. Вязать его надо здесь и сейчас. И решил воспользоваться подвернувшимся случаем.
— Ах ты, сука! — Сивуш неожиданно лягнул Забродина каблуком сапога по голени и рванулся вперед. Лихо перепрыгнул через груду пустых деревянных ящиков рядом с проезжей частью.
Забродин выстрелил ему вслед.
Автоматчики около райотдела сообразили, что происходит нечто экстраординарное и непонятное. А в таких случаях действует главный милицейский принцип: держать и не пущать. И вот один милиционер уже прицелился в Забродина. А второй бежал к Сивушу, вскинув ППШ.
Сивуш резко поднял пистолет. Стрелял он метко и имел все шансы попасть в Забродина. На его беду или счастье, оказавшийся в самом центре перестрелки случайный капитан-танкист футбольным ударом ноги выбил у него оружие.
Забродин отбросил свой ТТ, поднял руки и сказал автоматчику, державшему его на мушке:
— Срочно доставьте меня к начальнику отдела НКВД. Это компетенция военной контрразведки. Да, и с тем поаккуратнее. У него в воротнике яд зашит.
Хотя Забродин был уверен, что ядом Сивуш не воспользуется. Взбрыкнуть и затеять стрельбу бывший полицай от отчаяния мог. Но только не самоубиться.
