В холодных лабиринтах Минска он чувствует себя незнакомым гостьем. Жизнь, казалось бы, сворачивается вокруг него, а мысли бьются о стену решимости. Куда ни шло — враги идут на новый шаг, будто сглаженные струны скрипки. Эта книга держит сердце за горло, пока не разгадаешь тайну его присутствия в столице....
Курган был уверен, что при активных боестолкновениях его отряда, да и «львов», надолго не хватит. Большевики их быстро перемелют. Но это его не смущало. Дело того стоило. Сам он выживет при любом раскладе. Он всегда выживал. И ничто не помешает ему пожать сладкие плоды своего триумфа, когда русские побегут, оставляя с такой кровью занятые ими города…
Курган со своими людьми через лес добрался до основной «лежки» отряда — углубленного в землю, тщательно замаскированного бетонного бункера. Несколько таких убежищ немцы построили в лесах руками специальных команд военнопленных, которых потом ликвидировали.
Об этом месте мало кто знал даже из близких подчиненных Кургана. Потому что здесь была одна из главных составляющих их агентурно-боевой системы — рация и радист. А также склад с оружием, боеприпасами, медикаментами и продуктами.
А еще в бункере витало ощущение надежности и безопасности. Курган всегда с неохотой покидал эти стены. Но теперь его гнал вперед азарт предстоящей большой схватки.
— Мне пора, — сказал Курган радисту, поднимаясь со скамейки. — Дадим красным прикурить.
— Свояк обещал в духе вождей индейских племен притащить новые скальпы русских, — усмехнулся радист.
— Надеюсь, не буквально, — хмыкнул в ответ Курган.
Да, не буквально. За скальпы вполне сойдут офицерские удостоверения и красноармейские книжки. А их Свояк немало принес в этот бункер. Надо будет отослать трофеи за линию тем же самолетом, который привезет в своем чреве «львов».
Глава 9
— Пост НКВД Белоруссии. Проверка режима передвижения. Предъявите, пожалуйста, документы, — четко откозырял крупный, похожий на кабанчика сержант в форме НКВД, приблизившись к машине.
На грунтовой дороге стоял мотоцикл, преграждавший дорогу. Позади сержанта маячили трое бойцов в обычной армейской форме с автоматами ППШ.
Я приспустил стекло, погладил руль и возмутился:
— Сколько можно проверять? Проверяют и проверяют. Полковника из штаба фронта везу.
— Твое дело баранку крутить. Полковника дело — командовать. А мое — проверять.
— Товарищ выполняет свои обязанности. — Капитан Трофимов с переднего сиденья справа от меня протянул документы.
Выглядел атлет Андрей Трофимов хотя и молодо, но солидно, и полковничья форма ему шла. Молодых полковников в Красной армии немало. Война щедро сыплет на кителя ордена и звезды — тем, кому не досталась шальная пуля.
