Автор
В темное утро, когда рассвет пробуждает первые лучи солнца сквозь россыпи листьев и опавших лепестков, человек из сосняка шепчет имя пропажи. А вокруг мир тихо дремлет в мокрых травах, лишь слышится его голос - напутствие к тому, что ждет за углом ближнего дома.
Каменистые берега заросли пожухлой травой, полынью. В кустах жужжали насекомые…
- Пристегните ремни, - мелодичным голосом сказала загорелая стюардесса. - Наш самолет идет на посадку.
И Ева проснулась.
Москва встретила их нависшими серыми тучами, моросящим дождем, сутолокой, шумом, несущимися по шоссе автомобилями. Крым с его теплыми звездными ночами, сухим ветром, кипарисами, дынями и сладким крупным виноградом остался далеко, за степями и лесами, за сизыми, полными влаги клубами туч.
И сразу начались звонки. Еву разыскивали две женщины, которые собирались замуж в Испанию и хотели подучить язык.
- Все, отдыху конец, - с кислой миной сообщила она Всеславу за ужином. - Пора приниматься за работу. И зачем только я стала преподавателем? Раньше мне это нравилось, но сейчас… О боже!
- У тебя есть шанс переквалифицироваться, - улыбнулся он. - Будешь помогать мне разыскивать влюбленных девчонок, пустившихся в бега с бестолковыми студентами.
- Два, после обеда, - уныло сказала Ева. - К восьми вечера я освобожусь.
- Вот и отлично. Съездим к Данилычу, осмотрим комнату его сестры? Может, ты что-нибудь подскажешь.
- А это удобно?
Ева от радости готова была повиснуть у Славки на шее, но продолжала сохранять вид благовоспитанной леди.
- Частный сыск и деликатность - вещи почти несовместимые, - улыбнулся он.
- Она ведет дневник? - удивилась Ева.
- Не исключено. Романтические натуры любят переносить на бумагу свои переживания. Алиса Данилина - похоже, образец тургеневской девушки, занесенной коварным ветром судьбы в современную Москву.
- «Тургеневские девушки» давно вымерли. Ну, посмотрим.
"Следующий день выдался солнечным и ветреным. Август подходил к концу, и тротуары были усыпаны рано пожелтевшей листвой. Небо приобрело уже тот особый, холодноватый, бледный осенний цвет, который особенно любила Ева. Хорошо было идти, вдыхая чистый утренний воздух, слыша, как шуршат под ногами сбитые ветром листья.
