Автор
В темное утро, когда рассвет пробуждает первые лучи солнца сквозь россыпи листьев и опавших лепестков, человек из сосняка шепчет имя пропажи. А вокруг мир тихо дремлет в мокрых травах, лишь слышится его голос - напутствие к тому, что ждет за углом ближнего дома.
Она неторопливо шагала по кленовой аллее, любуясь четкими очертаниями деревьев на светло-синем небе, проступающей кое-где желтизной, всем этим сквозящим в золотых солнечных лучах началом увядания природы. У метро продавали хризантемы и астры - цветы уходящего лета.
Ева прогулялась, сделала все необходимые покупки, вернулась домой и даже успела приготовить обед для Славки. Они все еще жили в разных комнатах, но отношения их стали очень близкими. О том, чтобы снова выйти замуж, Ева боялась и думать, хотя Смирнов не раз заговаривал с ней об этом.
- Разве нам плохо? - возражала она, избегая смотреть ему в глаза. - Я просто не могу решиться на замужество… пойми!
- Но это только формальность.
- Нет… не сейчас.
Глаза Евы наполнялись слезами, и Всеслав отступал. Он решил привлечь ее к своей работе. Общие интересы сближают.
Итак, в начале девятого господин Смирнов заехал за Евой в Богоявленский переулок, где жила ее клиентка, изучающая испанский язык, и они отправились к Данилиным.
- Нашу коммуналку расселили давным-давно, - объяснял по дороге Всеслав. - Квартиры давали в отдаленных районах, и многим не хотелось переезжать из центра к черту на кулички. Моей матери помог тогда ее научный руководитель, известный историк и археолог Стеблов, а Данилиным пришлось обосноваться в Медведкове.
Друг Славкиных детских игр проживал на седьмом этаже в девятиэтажном доме, построенном из декорированных цветной плиткой панелей. В подъезде было чисто, лампочки горели, лифт работал.
Дверь открыл сам хозяин - Алексей Степанович, и сразу приложил палец к губам.
- Ради бога, тише, а то мама разволнуется. Я ей сказал, что придут коллеги с работы.
Из гостиной раздался обеспокоенный голос:
- Лешенька, кто пришел?
- Это с работы, мама, - ответил Данилин. - Не беспокойся.
Он провел Смирнова и Еву в комнату сестры, плотно прикрыл дверь и вопросительно посмотрел на сыщика.
- При ней можешь говорить все, - сказал Всеслав.
- Говорить, собственно, нечего, - развел руками хозяин. - Алиса не звонила. Никаких вестей о ней нет.
- Мы тут посмотрим ее вещи. Дневника у нее нет?
Данилин пожал плечами:
- Я целыми днями на работе, мать болеет… в общем, не знаю я о сестре ничего, - вздохнул он. - Писать она не любит. А насчет дневника… ищите. Если с собой не забрала, то должен быть здесь. Вот ее шкаф, тумбочка, книжные полки…
Он махнул рукой и тяжело опустился на стул.
