Ее сердце бьется с невероятной силой, создавая непередаваемую атмосферу волнения и фанатичности. Лежа в постели под вытаращенными веками, она прислушивается к каждому звуку ночи, будто боясь чего-то невидимого. Кажется, даже простое хрустание листьев кажется угрозой на пути к ее мечтам царственной жизни....
Быстрым движением сдернув наушники на шею, спросил удивленно:
– Мам… А чего это у вас тут? У тебя такой грозный вид…
– Да вот – Сонечку какие-то жулики из дому выгнали! – мотнула Вера Константиновна головой в сторону застывшей в дверях Сони.
– Ага… А ты, значит, за нее заступаться пошла?
– И пошла! А что? Кого ждать-то? Тебя же дома нет! Да если и был бы, так и сидел бы за своим компьютером – с места не сдвинешь! Хоть зарежь тут всех у тебя за спиной, ты и глазом не моргнешь! – успела она на ходу намекнуть сыну о своем, о наболевшем.
– Мам, ты чего? – обиженно уставился на нее Славик. – Кому я мешаю-то? Да если надо чего, ты только скажи, я пожалуйста… Давай я сам с ними поговорю? Я ж все-таки мужик… Они как там оказались, жулики эти? А в милицию уже звонили? Они приедут?
– Да никто не приедет, сынок… – сдулась от его вопросов, как воздушный шарик, Вера Константиновна.
– Да понятно, понятно…
Он сам подошел к двери, подержал вытянутый палец на кнопке звонка, потом так же, как мать, постоял, прислушался. Потом произнес реши тельно:
– Нет. Этот вариант не пройдет. Не откроют они. Пойдемте домой, думать будем.
– Ой, да чего думать-то? – поплелась следом за ним растерянная Вера Константиновна.
– А ключи… Ключи запасные у тебя есть? Ну, там, дома? Откуда ты сюда переехала? – быстро спросил Славик, скидывая кроссовки в прихожей.
– Ключи… Нет, ключи у Томочки только одни были… Она их мне отдала. Еще просила – если в гости куда уйду надолго, вам их оставлять.
– А сама она где? Надо ж ей позвонить, рассказать, в какую ситуацию ты попала! – поддержала сына Вера Константиновна. – Может, ее-то они как раз испугаются!
– Да ее дома нет, я только что звонила! Ее почему-то в последние дни все время дома нет…
– Так. Спокойно, – поднял вверх длинные узкие ладони Славик.
