Ее сердце бьется с невероятной силой, создавая непередаваемую атмосферу волнения и фанатичности. Лежа в постели под вытаращенными веками, она прислушивается к каждому звуку ночи, будто боясь чего-то невидимого. Кажется, даже простое хрустание листьев кажется угрозой на пути к ее мечтам царственной жизни....
Ну, может, чуть-чуть только… А к твоим джинсам моя кофточка как раз подойдет…
– Нет, я это ни за что не надену! Ты что? – испуганно выставила Соня палец в глубокий разрез прозрачно-легкомысленной Светиной кофточки-разлетайки. – Я вообще такое носить не умею! Тем более, на мне лифчик черный!"
"– Так это же самый кайф, что он черный, глупая! Сейчас это как раз модно! Ну все, так и порешаем… Я в конце дня к тебе заскочу, приведу тебя в божеский вид, и рванем! А сейчас давай свой чай с конфетами, все равно уже не успею пообедать… Да не трясись ты так, глупая! У нас в тусовке как раз один пацан есть, он в Институте культуры учится.
Заглянувшая к ним с бумагами Лидия Петровна идею вывода Сони в свет тоже активно поддержала. И даже дала Соне некоторые напутствия – не сиди, мол, в уголке скромно, а танцуй, общайся…
– Да нет там уголков, Лидия Петровна.
– А куда ты ее поведешь? – недоуменно заморгала глазами пожилая женщина. – Сама же сказала – в клуб…
Света, глянув мельком на Соню, прыснула тихонько в кулачок, но тут же быстро взяла себя в руки – негоже, мол, перед начальницей выпендриваться. Потом, подмигнув Соне, встала из-за стола:
– Ну ладно, пойду работать… А ты, подруга, давай морально готовься! Настраивай организм на удовольствия…
Место, куда привела ее Света, ошарашило Соню сразу.
