Жанр
Кая, девушка из параллельного мира, оказывается в ситуации, связанной с чужой жизнью. Её тело стало сосудом для души бывшего соотечественника Мазовецкого Дмитрия Николаевича. Возникает интрига вокруг его судьбы и отношений с Алисой, а также неясные события на этой Земле.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кайа. История про одолженную жизнь. Том 4. Часть 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Кая, девушка из параллельного мира, оказывается в ситуации, связанной с чужой жизнью. Её тело стало сосудом для души бывшего соотечественника Мазовецкого Дмитрия Николаевича. Возникает интрига вокруг его судьбы и отношений с Алисой, а также неясные события на этой Земле.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Алексеевич Иванов Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Кая, девушка из параллельного мира, оказывается в ситуации, связанной с чужой жизнью. Её тело стало сосудом для души бывшего соотечественника Мазовецкого Дмитрия Николаевича. Возникает интрига вокруг его судьбы и отношений с Алисой, а также неясные события на этой Земле.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Кайа. История про одолженную жизнь. Том 4. Часть 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В ужасную быль…
— Дмитрий, помогите мне, пожалуйста… — хлюпая носом, прошептал я, но так, чтобы меня не услышал подонок. — Мне сейчас очень…очень нужна ваша помощь…
— Ну ты и потаскуха… — довольным тоном заявил мне Блумфельтд, массируя своими пальцами мое самое интимное место. — Стоило мне только дотронуться до тебя там, и ты сразу же «кончила»! Лживая малолетняя потаскуха! Лжешь мне о том, что не хочешь этого, а сама уже вся «мокрая»… Или… Погоди! Этому тебя твои родственницы научили, верно?
— Прекрати! — провизжал я. — Прекрати немедленно! Мы еще не оформили наши отношения должным образом! Так нельзя! Я порядочная барышня!
— Экая ты у меня формалистка, оказывается… Мне нравится, как ты вопишь. Продолжай, пожалуйста… — возбужденным голосом заявил мне этот утырок, одной рукой продолжая крепко удерживать меня за шею, а другой, торопливо снимал с себя брюки и расстегивал рубашку.
— И все-таки, как это ни странно, но слухи врали и ты до сих пор девственница, а значит, и наш уговор с твоей Семьей остается в силе… — заявил он, оставшись в носках и в расстегнутой рубашке, после чего смачно шлепнул по моей ягодице. — Тощевата еще, конечно, но…
Сил орать уже не осталось, а потому, когда Блумфельтд, пристроившись сзади, дразнил меня прикосновениями своей хреновины к… Я просто тихонечко скулил…
Сначала я отчетливо услышал звук отпираемой двери, а затем…
— Прошу прощения, барин, но госпожа просит вас спуститься к гостям…
— Прошу прощения, барин, но госпожа просит вас спуститься к гостям… — в помещении раздался женский голос, с появлением которого исчезло давление на мою шею, а также на прочие части моего тела. А затем…
Блумфельтд, с силой саданув кулаком по дивану, рядом с моей ягодицей, поднялся на ноги. Он явно намеривался вскочить, но…
Он сейчас убьет эту горничную или кто она там… — подумал я, оставаясь во все том же положении, в котором Кайю расположил Александр, ибо от запредельного стресса ни руки, ни ноги сейчас меня попросту не слушались, глядя на психопата, взбешенного до самой крайней степени из-за того, что ему помешали.
Тем временем Блумфельтд, запутавшись в ногах и едва не рухнув на пол, добрался-таки до бильярдного стола, с бортика которого схватил пустой бокал и со всей своей дури швырнул его в сторону вошедшей женщины.
Попадет ей в голову — убьет.
Однако, к счастью для вошедшей, он-таки промахнулся, хотя и не сказать чтобы сильно.
Бокал, несмотря на мягкий с виду материал звукоизоляции стены, разбился вдребезги.
Женщина с громким визгом выбежала из помещения вон, держась за щеку, которую, вероятно, порезал один из осколков.
