С негромким: «м-м-м» Марек упал на задницу, а я отметил, что с этим человеком, который может столь стойко пережить наверняка пренеприятнейшее ранение в ногу, нужно быть втройне осторожным.
— Стало быть, Ришарда с нами больше нет… — глядя во мглу перед собой, констатировал Марек, одной рукой зажимая рану, а другой…
— Даже не думай. — произнес я, заметив, что свободной рукой он полез в карман.
Пуля вновь выбила сноп искр из бетона, возле его руки.
— И да, Ришарда с нами, и правда, больше нет.
— Ну что же, скоро и я к нему присоединюсь. — сказал Марек.
— Лицом в пол, руки за голову. Я сейчас открою дверь в то место, где вы мучили меня, и ты туда заползешь без всяких фокусов. — скомандовал я, но…
— Извини, но нет. — улыбнувшись тьме, произнес Марек, добавив. — Я, пожалуй, останусь тут. Уже скоро вытечет довольно крови, и Господь приберет меня. Я не боюсь предстать перед ним, Ведьма.
— Уверена, что нет, не боишься, но подумай вот о чем, Марек. Я уже позвала на помощь…
— Ты не могла этого сделать, Ведьма. — перебил меня он. — И скоро мои братья…
И тут он замолк, увидев включившийся дисплей видеофона, а вернее «Номерную книгу» с номером, который я туда внес.
— В современном мире спрятаться не выйдет нигде, ни в одной стране… — продолжил я, когда Марек, что называется, прикусил язык от неожиданности. — «Добрые люди», посланные моей Семьей, найдут твою жену и твоих детей, где бы они ни находились, а если ты вдруг монашествуешь или что-нибудь в этом духе, и у тебя нет ни жены, ни детей, то наверняка имеются иные родственники, некоторых из которых ты, возможно, даже любишь. Я ведь права?
И не дождавшись от него ответа, произнес.
— Если ты здесь и сейчас отдашь Богу душу от потери крови…смерти ты не боишься, этому я верю…то вслед за тобой на тот свет отправятся все твои родные и близкие. И гораздо раньше, чем ты можешь себе представить. Их найдут всех до единого и спастись не получится ни у кого из них, хочешь — верь, хочешь — проверь. И за все то, что ты и твои подельники сотворили со мной, с моей тетушкой и с моей матушкой, просто и легко «уйти» им не позволят. Ничего такого, просто старая добрая кровная месть. Их смертей ты тоже, наверное, не боишься, Марек? — это было произнесено мной столь ровным тоном и так спокойно, что можно было бы предположить, не слыша слов, будто бы речь идет о погоде.
И тут Марек вдруг рассмеялся и сделал это весьма искренне, вот только я не очень-то понял, весело или же наоборот.
— Хорошая попытка, Ведьма.
