И в тот момент, когда я уже было вернулся на стул, царь схватил меня за руку, насильно усадив на кровать, рядом с собой.
Хочу, мол, посмотреть, как ты пишешь.
Найдя свободный от царских записей (сделанных по-французски) лист, начал писать.
«Ваше императорское величество, я вынуждена рассказать Вам о невероятно жутких вещах, волею судьбы ставших мне известными…».
Глава 134
31 марта, пригород Санкт-Петербурга, деревня Коркино, частная усадьба. Около полудня.
— Доброе утро. — поздоровался я, когда горничная привела меня на зимнюю веранду дома, в котором разместился царь.
— Доброе! Садись! — велел мне Государь, взглядом указав на место рядом с великими княжнами, после того как присутствующие в ответ пожелали доброго утра и мне.
Здесь и сейчас происходит поздний завтрак. Судя по всему, Государь только недавно проснулся. Выглядит прекрасно отдохнувшим. В отличие от меня…
Стараясь не смотреть на царя, уселся, куда было велено.
…ибо всю ночь и часть утра проворочался, размышляя.
Помимо царя и его дочерей, здесь же присутствуют некоторые члены главной ветви Семейства царской любовницы, а именно: граф с графиней и сама Кристина.
Взгляды названой сестры, бросаемые на меня, содержали одномоментно и подозрение, и раздражение, и благодарность.
Взгляды же ее графини-матери — лишь нескрываемое раздражение.
Граф…ему моя персона, похоже, совершенно без интереса, а значит, он, скорее всего, не в курсе происходящего.
Конечно же, будучи на территории усадьбы этого Семейства, сохранить в тайне мой вчерашний ночной визит к царю не удалось. И он, визит этот, наверняка станет предметом самой обстоятельной беседы, но это будет потом.
Разрезав булочку и намазав затем ее паштетом, посмотрел из-под ресниц на царя, который полушепотом беседовал о чем-то с графом.
Из памяти вновь всплыло вчерашнее…
Прочитав мою записку, в которой я, в числе прочего, сдал, как стеклотару, свою названую сестру, царь проявил удивительное для изможденного бессонницей человека, получившего такую весть, хладнокровие. Он лишь поинтересовался эпистолярным способом: «Уверена, что накопитель еще там, а не у Кристины?».
Получив мой безмолвный положительный ответ, кивнул.
То, что я изложил на бумаге, сюрпризом для Государя, похоже, не стало. Он даже не счел нужным изображать эмоции, присущие моменту.
Могу ошибаться, но это здорово напоминало своего рода демонстрацию. Для меня. Что я, мол, выбрал исключительно правильный вариант ответа. Ну или его вообще уже ничто не удивляет под этим небом, такое тоже не исключено.
Даже показалось, будто бы на царственной физиономии промелькнуло выражение довольства от полученной новости. Новости о том, что его зарегистрированная любовница оказалась замешана в этом дельце.