Как и предполагал, после происшествия с «плодоразрушителем», отмахиваться от моих слов она не стала.
Москва:Ты кому-нибудь еще об этом рассказала? Даме Кристине?
Мюсли:Нет, я никому, кроме тебя, не говорила. Однако кое-кто все же может быть в курсе того, что ты теперь знаешь…
И я поведал матушке о том же, о чем и папаше чуть ранее.
Мюсли:…а насчет конкретно этого в курсе теперь еще и папа. Это все, что я хотела сказать.
Москва:Ты приняла самое правильное и лучшее решение в своей жизни. Чудесно, что в этот раз ты обошлась без самодеятельности. Однако, отныне все тобою сказанное — секрет Семьи и государства.
Мюсли:Это я уже поняла. Что мне сказать папе?
Москва:Что я запретила говорить на эту тему.
Засим наш разговор и завершился. По поводу моего мессенджера она ничего не сказала, сейчас. Но обязательно скажет, потом. В этом у меня нет сомнений.
Санкт-Петербург, территория госпиталя Управления внутренней безопасности. Цветочный магазин.
В этот раз «подарочный куст» получит Консультант, от меня.
Выбирая растение, заприметил здоровенный кактус, с шикарным цветком на макушке. Буквально на мгновение проскочила хулиганская мыслишка, чтобы подарить ему такой. Однако более чем уверен, что Консультант пребывает сейчас не в самом лучшем расположении духа и наверняка промышляет «самоедством», ведь некоторые из членов того отряда УВБ, который он вызвал на подмогу, погибли или же были искалечены при взрыве. Таким образом, стоит приобрести нечто такое, что не вызовет в нем вспышку злости, ибо меня, итак, сейчас ожидает, уверен, не слишком приятный разговор и не хотелось бы поссориться с ним.
Не хотелось бы…
Я словно бы на вкус попробовал это словосочетание. Вроде бы, и правда, не хочется ничего такого, но…
Нет, это просто самообман и самовнушение, ибо на самом деле мне сейчас безразлично: поссоримся ли мы или же нет. Моя нервная система еще не восстановилась в должной мере.
— Барышня…
Я обратился к продавщице и указал рукой на некое крайне карликовое деревце (похожее на мандариновое) с плодами.
— … вот это вот, пожалуйста.
По выходу из магазина.
— И он, конечно же, совершенно случайно оказался там и тогда? — спросил Игорь.
Мы посторонились, чтобы не мешать движению большого катафалка, неспешно катившего от здания морга в сторону главных ворот.
Мы сейчас здесь вдвоем, ибо на территорию, принадлежащую госпиталю УВБ, частной охране вход заказан. Да и нас самих, в связи с последними событиями, пропустили лишь после звонка приемной родительницы, которую пришлось потревожить вновь.
— Ну нет, разумеется, не случайно. У меня накануне было дурное предчувствие, и я попросила его присмотреть за мной. К счастью, он не отказал, ибо «чуйка» меня не подвела.