Жанр
Филатова Кайя Николаевна, или Игоревна, врывается в новый мир во временах, где магия еще не исчезла. Ростом 179 см и рыжими волосами — она привлекает внимание на улицах старой Москвы. Главная героиня романа Кайя, дочь Михаила Владимировича Филатова, переживает смерть бабушки и узнает о семейной тайне — о том, что они родственники волшебников....
Помимо меня, переодетого теперь в некий одноразовый «костюм пациента» и полулежащего в специальном кресле (левая рука покоится на разжиревшем подлокотнике с операционной зоной для кисти), в помещении находятся два врача-хирурга (мужчина и женщина), а также операционная медсестра.
Несколько виртуальных камер, установленных здесь же, записывают все происходящее и, возможно, транслируют изображение для моих родственниц.
Женщина-хирург…
— Я сейчас сделаю вам несколько уколов, но больно совсем не будет. Готовы?
— Да.
…обколола мне кисть, после чего та моментально начала неметь и за нее (кисть) взялся мужчина. В самом прямом смысле слова. Он взял искалеченную конечность в свои руки и начал внимательно рассматривать ее со всех сторон, а затем и щупать, сантиметр за сантиметром. Выглядело это (с моей «колокольни») максимально странно и даже как-то эротично. Я поглядел сначала на одну женщину-медика, а затем и на другую. Те не обращали на его действия никакого внимания, а значит, ничего необычного, с их точки зрения, не происходит.
Ну ладно, осматривает предстоящее «поле битвы». Наверное.
Тем временем хирург, оставив в покое мою искалеченную кисть, взял правую, особое внимание уделив неповрежденному мизинцу.
— Чуть голову приподнимите, я маску надену. — медсестра, держащая маску для глаз, отвлекла меня от созерцания зрелища созерцающего и ощупывающего мою руку хирурга.
— Мне бы хотелось видеть все происходящее. — заявил я.
— То, как вам будут резать палец? — удивленно спросила медсестра, переглянувшись с женщиной-хирургом, которая затем выразительно посмотрела в объектив одной из камер.
К капризам состоятельных пациентов здесь, скорее всего, давно привыкли.
— Да.
— Мне кажется, что это не очень хорошая идея. Нужно, чтобы ваша рука оставалась как можно более неподвижной все время операции. Вы можете банально испугаться, глядя на то, что будет происходить, и инстинктивно дернуться. Это во-первых. — сказала хирург. — А во-вторых, само зрелище…оно будет неприятным, поверьте мне.
— Верю. Но я не люблю внезапности, они меня пугают, отчего я действительно могу дернуть руку в самый неподходящий момент. Потому-то я и желаю лицезреть все происходящее. А так операция меня совсем не страшит, я же все равно ничего не почувствую.
В общем, вместо маски, на глаза мне в итоге были надеты некие сильно затемненные пластиковые очки, после чего, минут на семь, меня оставили в покое, занявшись последними приготовлениями к предстоящим процедуркам.
