Однако, то один то другая украдкой бросают на меня взгляды, чувства и эмоции в которых, и правда, имеют одинаковую природу.
Вопрос только в том, не приведет ли это впоследствии к чему-то очень нехорошему?
— Извините, я на минутку… — произнес я, и, встав из-за стола, покинул кабинет.
В уборной.
Звук льющейся из крана воды, который так нравится мне…
Прямо как в песне.
Я стою и пялюсь на себя в зеркало и мне вдруг стало смешно.
Я ощутил себя так, словно бы моя старшая сестра, Ия, взяла меня с собой на свидание со своим кавалером. С Консультантом.
Тем самым Консультантом, что словно бы, и правда, шестнадцатилетний юноша, украдкой бросает на меня взгляд, а затем, будучи на этом пойманным, тут же отводит его.
Играет или…?
Не знаю… Возможно…
Однако моя Кайа, словно бы заноза, впилась в его сердце и душу — это совершенно точно. Любовь, и правда, зла, ведь с каждым днем моя репутация только ухудшается, что лишь отдаляет его и Кайю, ибо зла здесь не только любовь. Зло сословное «общество всеобщего счастья», диктующее всем и каждому, с кем можно быть, а вот с кем «ай-ай-ай!».
Ладно, Кайа, иди уже куда-нибудь и обязательно куда-нибудь придешь. И это, похоже, девиз всей моей новой «одолженной» жизни.
Я закрыл кран и в последний раз бросил взгляд на свое отражение в зеркале.
На этот раз форма, пожалуй, полностью соответствует содержанию (увиденному в зеркале), то есть четырнадцатилетнему подростку, ведь прежде, там, я по-настоящему не любил никогда и никого. Ну, кроме себя, разумеется…
И, стало быть, в подобных материях я действительно натуральный подросток.
В кабинете. Позже.
Эти двое, только что узнавшие о существовании друг друга, столь мило беседуют…
Возможно, что мне это всего лишь показалось, но…
Да нет! Не показалось, а точно!
Ия из тех людей, которые либо очень нравятся сразу (как, например, это случилось со мной), либо же резко наоборот. Без полутонов.
Консультанту Ия определенно понравилась. Ему, увлеченно о чем-то рассказывающему, приятно находиться в ее обществе, если судить по довольной физиономии и жестам.
Как это приятно и самой Ие, вон как алеют ее чуть пухленькие щечки…
— Кайа… — вывел меня из созерцательности Консультант, — можно тебя украсть на несколько минуток?
Спросив это, он перевел взгляд на Ию, молчаливо интересуясь, не против ли та.
«Подруга Ия», витающая, как обычно, в облаках, милостиво махнула ладошкой.
Идите, мол.
И мы пошли…
На зимней веранде.
Когда Консультант и Кайа пришли, на веранде уже находился один из гостей заведения, расположившийся на уютном на вид диванчике. Он сидел, закинув ногу на ногу, и курил сигару, меланхолично глядя на реку.