В темноте я молча шла по проселочной дороге, ожидая момента падения в бездну заблуждений и страстей. Шумы ада раздавались с каждым шагом — рык, стоны и тихие крики проникали сквозь запотевшие очаги мыслей. В комнате надвигалась неизведанная гряда: треск старого дивана и тихий стук сердца подтверждали, что мое пробуждение сопровождалось неприятным приключением....
Все так и норовят меня убедить, будто на лбу у меня написано: «Убеди меня». — Вот кого ты найдешь? Ты же не фотомодель, Тонь, да и характер у тебя того… И волосы… А я тебя это… люблю. Давай все забудем. Кто старое помянет — тому…
— … сейчас в морду дадут, — вкрадчиво раздалось над моим ухом.
Я вздрогнула. Обернулась.
Я себе представляла противостояние двух Ярославов? Вот, кажись, накаркала.
Я переводила взгляд с одного на другого. Тут даже сравнивать не надо. Несопоставимые величины.
— Ты кто такой? — меж тем надул щеки Ярик.
— Тоня, краса моя ненаглядная, — Огарев ненавязчиво водрузил свою тяжеленую руку на мои пусть и крепкие, но все же женские плечи. А потом практически борцовским хватом притиснул к себе. — Это что за мимокрокодил?
На лице Ярика отразился нешуточной силы мыслительный процесс. Результатами которого стали сразу несколько событий.
— Ты себе, что ли, уже нового мужика нашла?! — со свистом выдохнул Ярик. И не успела я как-то ответить на это, а заодно спихнуть с себя огаревскую руку, — как Ярик забил последний гвоздь в томность сегодняшнего вечера.
Он сказал такое слово… такое гадкое… такое мерзкое слово… На фоне которого даже начертанные на моей двери огненные письмена казались милым домашним прозвищем. Но оскорбиться я не успела.
Непосильный груз огаревской руки с моих плеч куда-то исчез, а Ярик вдруг оказался уже не стоящим, а лежащим на асфальте. И как это произошло — убей меня бог, я не поняла!
Огарев между тем отлепился от меня, вальяжно подошел в возлежащему на асфальте Ярику и ласково приподнял его за шиворот.
— Зубы все на месте? — заботливо спросил он Ярика. Этот идиот и в самом деле принялся со стонами ощупывать челюсть, а потом кивнул.
— Если хочешь, чтобы они и дальше были в таком комплекте, забудь про Тоню. На километр к ней не подходи, понял меня?! — на последних словах вдруг прорезался металл, да такой, что порезаться можно. А Огарев, отпустив многострадальный воротник Яриковой рубашки — видимо, с пиететом он относится только к футболкам и лосинам из гардероба моего бывшего — шустро сцапал меня за руку и потащил к машине.
— Как ты тут оказался?
— Мимо проезжал, — безмятежно ответил Ярослав, выруливая с парковки.
Что за удивительные совпадения! Ярослав Огарев — человек-случайность.
