Автор
Лыков чувствует неладное, когда его начальник Степан Петровich задумчиво перебирает бровями. История обретает тонкий драматический оттенок, когда Лыков узнает, что выгодный шанс стать генералом может зацепиться прямо за его голову.
Одно могу сказать точно: третьего дня великий князь с девкой мирно покуролесили и мирно уехали. А вчера вышло не так. Их Высочество прибыли, дверь за мной заперли, смех там слышался… Я спустился на первый этаж готовить счет. Вдруг слышу наверху шум. Бросил все, побежал туда, а мне навстречу офицер пронесся как на пожар. Злой, толкнул меня неавантажно, ругался скверными словами. Что такое? Я в тот номер, а князь с дамой уже выходят, сердитые и друг друга бранят…
– Вчера?
– Так точно.
– И после этого ее убили… – проговорил вполголоса титулярный советник.
– Что за офицер? Был ли раньше? В каком чине и какого рода войска? – опять взялся за карандаш Путилин.
– Не могу знать, ваше превосходительство. Штаны синие, значит, кавалерист? Чин… Вроде бы поручик. Три звездочки у него. Раньше никогда у нас не был.
– Шифровку полка на погонах не рассмотрел?
– Не успел, уж больно шибко тот бежал.
Иван Дмитриевич покосился на коридорного и спросил вдруг:
– А ты точно итальянец?
– Дед мой был итальянец, а я уж, считай, русак.
– Угу. Но продолжай, братец, все интереснее делается твой рассказ.
– Да уж конец, – развел руками коридорный. – Нечего больше рассказывать. Великий князь с Каролиной уехали, я пошел номер прибирать. Даже бутылку открыть не успели… Спугнул их офицер.
Сыщики еще порасспрашивали осведа, но тот ничего больше не добавил, а только начал повторяться. Путилин приказал Шереметевскому:
– Давай сюда хозяина номеров. Рысью!
Через час чиновник для поручений привел жовиального мужчину с ухоженной бородкой а-ля Наполеон Третий.
– Ваше превосходительство, какая честь для меня! Газеты полны рассказами о ваших чудесных подвигах.
Иван Дмитриевич этого тона не принял и быстро поставил хозяина меблирашек на место. Он заявил жестко: или выкладываете все, что знаете про убитую женщину и ее клиентов, или вышлю из столицы! И про Игната Корнетова не забудьте.
Донато сник и какое-то время молчал. Потом выдохнул:
– Боязно.
Путилин заверил свидетеля:
– Против великого князя я не пойду, да и никто не пойдет. Но рассказать надо. Без протокола.
– Ежели без протокола, то дело было так…
И Донато стал давать показания.
Отношения с лжекупцом Корнетовым он выстроил уже лет пять тому назад. Игнат Власович занимал на рынке любовных услуг столицы уникальное положение. Он привозил сюда девиц и женщин легкого поведения, но, так сказать, первого сорта.
