Автор
Лыков чувствует неладное, когда его начальник Степан Петровich задумчиво перебирает бровями. История обретает тонкий драматический оттенок, когда Лыков узнает, что выгодный шанс стать генералом может зацепиться прямо за его голову.
Жила Стеша при казармах, недалеко от церкви Святых Захария и Елизаветы. Алексей уже был с ней знаком. Кавалергарды относились к сливкам гвардии, и старостиха у них была что надо: веселая, бойкая, прекрасно одетая, пересыпающая речь французскими словечками. При первом знакомстве она пыталась заманить сыщика в постель, и тот едва устоял…
По удачному стечению обстоятельств Стрекозова оказалась дома.
– Алексей Николаевич, как я вам рада! Чаю не желаете?
– Спасибо, если только быстро. Нам с тобой надо ехать в Царское Село, прямо сейчас.
– В Царское? А зачем?
– Повидаться с музой лейб-гусар. Как ее зовут?
– Луша, Лукерья Ивановна Боголюбова. Что у вас к ней за дело? Я буду ревновать!
– Обычное наше дело, сыскное. Налей чаю, выпьем да и поедем.
За чаепитием Алексей улучил момент и спросил:
– Стеша, что ты знаешь про публичных женщин, которые прозываются «гувернантки»?"
"– Есть такие, – ответила она. – Мы с ними иногда переходим друг другу дорожку. Гвардия богатая, я имею в виду офицеров.
– Расскажи о них подробнее.
Баба насупилась:
– А много ли я знаю? Они секретки[14], ото всех таятся. Но хорошо, что вы до них добрались. Это… как уж? Конкуренция, вот. Выселите их обратно в Москву.
– Так они из Москвы?
Стрекозова отхлебнула чаю и долго жевала конфету, потом зыркнула глазами на Алексея:
– Да, оттуда. Их привозил один человек, по наружности купец.
– Ты и это уже знаешь? Насчет Игната Корнетова?
– Знаю. Вот вы зачем прибыли… А гусары здесь при чем?
Коллежский асессор помялся, но решил говорить откровенно:
– Их командир великий князь Николай Николаевич Младший был в номерах Донато с одной из москвичек. А потом ее тоже зарезали.
– Каролину?
Алексей чуть не подпрыгнул:
– Ты с ней была знакома?
– Встречались год назад в «Знаменской». Она была со своим дусей, поручиком из Москвы.
– Вот как! – встрепенулся Лыков. – И перед смертью к ней забежал поручик, затеял скандал с великим князем. Не он ли это был? Как выглядел офицер, какого полка? Может, его называли по имени или фамилии?
Но старостиха лишь покачала головой:
– Офицер как офицер, ничего особенного. Чернявый, росту как вы, бесприметный какой-то. И называли его поручиком. А Каролине фамилия Жиу, она обрусевшая француженка.
Пропали мои десять рублей, понял Лыков.
