Внутри просторного кабинета затаилась какая-то мрачноватая тишина, напряженная оттепелью воспоминаний о детстве. Правда в глазах девочки лет пяти было искренне смущение: "А Вы будете нашей мамой?", словно она предвкушала новое слово "приют". Сердце больно колотилось в груди — столько же усталых теней и забот....
– То тело… можно сказать, уснуло, – я попыталась объяснить понятие «комы». – А я очнулась уже здесь. В теле Элеоноры Лейсон. В тот самый день, когда ты прислал за мной стражу в том крохотном городке.
– Я сразу заметил глаза, – прошептал он, подаваясь вперед. – Но это ведь… против любой логики. Даже магической.
– К черту логику, – выдохнула я.
Каждая клеточка тела тянулась к нему, млела от желания коснуться. Словно чувствуя это, Юлиан запустил пальцы в мои волосы. Его ладонь накрыла затылок, отрезая пути к отступлению.
Теперь я почувствовала, что ошибалась. Юлиана тянуло с такой же силой, как и меня. И сейчас мы больше не противились притяжению, прижимаясь ближе друг к другу. Целуясь так, будто снова были на грани жизни и смерти. По крыше хижины барабанил дождь, за окнами лили струи, и грохотал гром. А мы и не замечали вспышек молний, с закрытыми глазами растворяясь друг в друге.
Я бросила взгляд из-под ресниц лишь тогда, когда Юлиан опустил меня спиной на теплую мягкую шкуру. Он погладил по щеке, будто спрашивая разрешения, но сам не удержался. Наклонился, и горячие губы коснулись моей шеи.
Я провела ладонями по его широким плечам, притягивая ближе. Теперь между нами не осталось ни тайн, ни преград. И этой ночью нам было точно не до всяких там артефактов.
На соседнем острове люди оказались куда менее дружелюбными.
– В чем дело? – поежившись, спросила я.
– Видно, сильно выделяемся, – пожал плечами Юлиан.
Вокруг все были беловолосыми, в одежде из простой некрашеной ткани. Может, потому и косились. И все-таки мне стало не по себе. В отличие от Агни, которая вертела головой и довольно улыбалась. А потом и вовсе чуть было не бросилась обниматься на проходящего мимо пса. Я еле успела сцапать за воротник платьица, как котенка – за шкирку.
– Не трогай! Ты же не знаешь, что у него на уме! Укусит еще!
– Да он до-о-обрый! – заныла Агни.
Две старушки, несущие воду в ведрах, остановились, покосившись на нас.
– Вернулась, ведьмино отродье, – прошамкала одна, делая вид, что мы – пустое место.
– Вот напасть! Я уж надеялась, она навсегда в том портале сгинула… – сокрушенно поддакнула ее подружка.
По этикету – не лезть бы в чужой разговор, но шок и любопытство взяли верх.
