А можно и все сразу: уехал на границу, а там заболел. Так убедительно, надеюсь? — Кэйхарр без эмоций выдержал ее взгляд.
— Надеюсь, до завтра ты образумишься и передумаешь. — Лиа Руан поджала губы.
— Не жди, тетушка. — Кэйхарр отбросил салфетку и поднялся. — Приятного аппетита.
— Мне так неловко, лиа Руан, — проговорила я, когда он ушел. — Я ведь не знала…
— Да при чем тут вы, милая! — отмахнулась со вздохом Вилма. — Это Рональд все чудит. Такой невыносимый…"
"До завтра Кэйхарр, конечно же, не передумал, и вечером мы отправились без него.
Розовый бал не просто так получил свое название: наряды гостей должны были иметь украшения в виде роз, и чем больше их, тем лучше. Так, горничная помогла мне прикрепить к вырезу на груди несколько бутонов, сорванных в саду Кэйхарров, а также украсить цветами прическу. Сегодня я оставила изумрудные детали своего комбинированного наряда дома, облачилась лишь в серебристое платье.
Первые полчаса бала мало чем отличались от тех, где я уже была: обмен приветствиями с уже знакомыми гостями и знакомства с теми, кому еще не была представлена. Чаркеш тоже был здесь и, конечно же, ждал, когда объявят первый танец, обещанный ему.
— Габриэлла, подойдите сюда, милая, — позвала меня Вилма, когда Чаркеш отлучился к фуршетному столу, чтобы принести для нас напитки. — С вами хочет познакомиться лэр Кэйст. — Она показала на седовласого мужчину рядом с собой.
— Простите, но вы просто мне очень напоминаете одну особу, лиа Ланье, — улыбнулся тот. При этом его глаза с неким въедливым восторгом рассматривали меня. — Имя Таиссы Аннэл вам ничего не говорит?
В горле вмиг пересохло, в легких будто закончился воздух.
— Говорит, — отозвалась я тихо. — Это моя мать.
— Я так и знал! — с большим восторгом, а теперь еще и с трепетом проговорил Кэйст. — Вы же просто одно лицо! И как поживает сейчас Таисса? Где она?
— Мама умерла, — выдавила я из себя. — Простите, мне надо идти…
Я развернулась и тут же наткнулась на Чаркеша. Он и стал моей спасительной соломинкой, которая унесла меня подальше от этого странного мужчины. И от моих призраков прошлого.
Вскоре начался первый танец, и мы с Чаркешем закружили по залу.
— Вы сегодня очаровательны, Габриэлла, — сказал он, пожирая меня глазами. — Прекраснее всех роз в этом зале.
— О, у меня сегодня большая конкуренция, — отшутилась я.
— Вам здесь никто и ничто не конкурент, — ответил тот.
А я вдруг на миг ощутила странный диссонанс: почему-то подсознательно ждала в ответ колкости в стиле Кэйхарра. Но со мной танцевал Чаркеш, и это был его комплимент. Я постаралась отогнать от себя подобные глупые сравнения и сосредоточиться на том, что говорил мой партнер.