О том, что когда он все же попытался выйти из дела, поначалу угрожали ему, потом Мартине, а потом похитили Юханну.
С полминуты Стен-Инге молчал.
– Один из этих бандитов заявился к нам домой. Когда я вернулся, он сидел у нас в кухне. Рядом с Мартиной. Я так перепугался…
– У них есть имена, у этих типов?
– Конкретно этого зовут Роберт Жигарра.
– Жигарра, – сухо повторил Стен-Инге.
Фредрик заявил, что он не сдался, что обвинил их в том, что они подделали договор. Не желая выглядеть полным идиотом, он не стал признаваться, что подписал его, не читая. Рассказал, как он выяснил, что Юханна исчезла из детского сада.
– Ты можешь повторить дословно, что сказал этот Жигарра?
– «Чтобы у тебя не возникало дурацких идей, мы взяли у тебя одну вещь. Ты получишь ее назад, когда закончишь работу». Как-то так.
– Нет. То есть, мне кажется, он добавил что-то в духе «чтобы ты понял, что мы говорим серьезно». И прочие бандитские угрозы. Я не помню.
Стен-Инге держался совершенно спокойно: никаких признаков критики, волнения или сомнений. Его голос звучал так же твердо, как обычно. Скала, а не человек.
– «Мы взяли у тебя одну вещь». Почему он так сказал? Почему именно «вещь»?
– Какая разница? Не надо быть гением, чтобы догадаться, что он имеет в виду.
– Разве? Ответ часто заключается в деталях.
Пару раз в неделю Мартина стабильно произносила эту фразу – слово в слово.
– По крайней мере, Юханна пропала. Ее кто-то забрал из детского сада, и ее нигде нет. И они угрожали мне. Били.
– Так. Приезжай ко мне. Вместе с Оскаром.
Фредрик шумно выдохнул. Навести негодяев на старика? За ним же совершенно точно следят. Хотя… Возможно, телефон его тоже давно прослушивается. Ему захотелось сейчас же швырнуть аппарат о стенку, но он сдержался.
– Проще поговорить лично, – продолжал тесть. – Почему бы вам не приехать сегодня? Или как только он проснется. Я угощу вас завтраком.
– Договорились. Спасибо, Стен-Инге.
– Возьми с собой свои материалы. Может быть, ответы найдутся там. Будем докапываться до истины.
Он сбросил звонок. Фредрик обернулся. В дверях, держась одной рукой за косяк, стояла Мартина. Босиком, с взъерошенными волосами, глаза полузакрыты… Как же ей плохо!
– Кто это был? – спросила она.
– Почему ты с ним разговариваешь?
– Он звонил и спрашивал тебя. Я сказал, что ты заболела.
Слегка пошатываясь, жена шагнула в кухню. Не сводя с него глаз, добралась до стула и села.
– Может, тебе не следует вставать? – спросил Фредрик. Он не ожидал, что она поднимется.
Прикрыв глаза, Мартина провела рукой по волосам и проговорила на удивление твердым голосом:
– Зачем ты сказал, что я больна?
– Но ведь ты действительно больна. Это же очевидно.
Она посмотрел на мужа долгим недовольным взглядом.