В этой книге ты погруешься в глубины стычки между директрисой и подчиненной, где эмоции переплетаются с юмором, а каждый удар укора резко меняет мир героинь. Проникаясь остротой их конфликтов и отчаянной решимостью восстановить справедливость, читатель окунется в жаркое и непредсказуемое подобие драмы, где любовь и разумные призывы не могут одолеть соблазнительное противостояние....
— Могла бы просто набухаться и выдать этому Вите всю свою раскрепощенность. Дешевле бы вышло.
— Всё равно спасибо.
— Дожил, блин… — вздохнул Костров, продолжая искать нужные контакты в своем телефоне. — …Организую проституток училке своего сына. Кому расскажи — не поверят.
Глава 11. Маруся
Неутешительное окончание дня.
Если со стриптизершами всё прошло относительно гладко, но свой ценник они мне пока не сказали, то с бронью специального зала всё оказалось гораздо сложнее. Внеся тридцать процентов предоплаты за зал со сценой и пилоном, я почти осталась без средств к существованию.
На самый черный день в коробке из-под «рафаэлок» у меня лежит сумма на погашение двух платежей по ипотеке на тот случай, если я вдруг вылечу с работы и на некоторое время останусь без заработка. В принципе, этой суммы мне вполне хватит на то, чтобы заплатить за весь Витин мальчишник. Но я клятвенно обещала самой себе, что не трону этих денег, даже если буду помирать от холода и голода.
Можно попробовать попросить денег у Лены, но я уже вижу, как она тычет мне фигой в нос и брызжет слюной и матом в адрес Вити.
Что ж, ради, возможно, последнего шанса в своей жизни мне придется разочек сломать свои принципы и взять деньги из заначки на черный день.
Чтобы прийти к неутешительному выводу, мне пришлось подняться на свой этаж по лестнице. Когда ходишь, думается лучше и решения принимаются гораздо быстрее.
— Неужели! — восторженный голос заставил меня вздрогнуть.
Резко подняв взгляд, я увидела младшую сестрёнка, которая ждала меня у двери моей квартиры с большой плоской коробкой в руках.
— Напугала, — приложив ладонь к груди, я пыталась отдышаться и прийти в себя после столь неожиданной эмоциональной встряски.
— Не ссы, Маруся, — хохотнула сестра.
— Мира! Что за словечки? — цокнула я нарочито строго, а сама потянулась скорее обнимать сестру. — Привет, красавица моя.
— Ну, меня много где носило. Но твое новоселье я пропустить не могла.
— Только мое новоселье было полгода назад.
— Ну, плюс-минус, — покачала Мира головой. — Запускай бычка. Я в туалет хочу. Уже часа три тебя тут жду, а последний час поглядываю на коврик у твоей двери, оценивая, насколько он может быть впитывающим.
— Фу. Иди скорее. Дверь напротив.
— Держи свой подарок и мою шубку, — всучила мне сестра в руки все перечисленное.
