Во время пандемии сценаристка Тонечка и её приёмный сын Родион, талантливый, но безалаберный художник, вынуждены оставить Москву. Их переезд в провинцию станет началом неожиданных приключений, когда в поле зрения героев попадает загадочная камея из Ватикана, скрывающая опасные секреты прошлого.
– По-современному, стало быть, как положено. Да под самые Святки он возьми да сгори! Из школы Виктора Васильевича позвали, он ребятам компьютер преподает. Он пришел, посмотрел. Нет, говорит, милые женщины, его теперь только в утиль. Вот новый, почитай, пять месяцев ждем! А где без него, проклятого, не обойтися, в поликлинику к Райке бегаем, Виктор Васильевич, дай бог ему, туда всю нашу базу перенес! Валюш, чего ты застряла-то?
– Да иду я, иду!..
Валюша забежала за прилавок, взволокла на стол деревянный ящик с латунными ручками.
– Тута письма все, которые не востребовали, копии переводов, какие забрали, какие нет. Ищи, ищи!..
– Чего искать! – Валюша выхватила хлипкий листочек. – Вот, месяц назад отправляли!
Толстуха нашарила на груди очки на цепочке, водрузила их на нос и прочитала:
– Город Тверь, улица Луначарского, восемь, квартира пятьдесят! Пятнадцать тыщ целых! Получатель Батюшкова Наталья Сергеевна.
Тут она взглянула на Тонечку и взмолилась:
– Да сыми ты намордник этот, глядеть на тебя тошно!..
Тонечка поняла, что лучше снять, чем препираться. Тем более в последний раз она была в толпе полтора месяца назад, и если бы заразилась, уже наверняка заболела бы!
Она стянула маску и посмотрела в листок.
– Можно я сфотографирую адрес?
– Давай, давай. А ты когда поедешь-то? К сродственникам?
Тонечка достала телефон.
– Завтра, должно быть, и поеду.
– Ты там с бухты-барахты не брякай – померла, мол, бабка ваша! – посоветовала Валюша. – Ты осторожно, такт имей.
Тонечка вдруг сообразила:
– Подождите, то есть Лидия Ивановна переводы отправляла? Она деньги пересылала?
Тетки опять посмотрели друг на друга:
– Так оно и есть, каждый месяц. Вот же, тута написано – пятнадцать тыщ послано!.."
"…Странно, подумала Тонечка. Логичней было бы, если б родственники присылали старушке вспоможение!
Впрочем, она ничего не знает о старой княгине, кроме того, что та жила уютно и прочно, носила на шее камею и никогда не задергивала шторы на окнах.
– Кто ж хоронить ее станет, сердешную?
– Родственники, наверное, – вздохнула Тонечка. – Мне бы их найти.
– С адресом-то найдешь, чего там! А если нет, всем миром соберемся.
– Да погоди ты, Валюша, может, она завещание какое оставила, распорядилась.
– Ох, Марья Петровна, не собиралась она помирать! Зайду, говорит, к тебе, Валюша, в среду!.. А тут такое дело приключилось.
Тетки еще продолжали охать, когда Тонечка попрощалась, сошла с крыльца и отправилась в обратный путь, обходя лужи.
