В палате Императора, напряжение кипит как никогда ранее. Белобородов ставит под угрозу доверие к Михалычу, воспитателю Алексея Невский, вызывая опасение среди ближайших сановников. Лишь Пафнутьев сохраняет спокойствие, предвкушая неизвестность, что может подвести и вытянуть из сложной ситуаций....
Да… Об этих нюансах я не подумал — одно моё неосторожное действие в сторону Дворцовой полиции, которое будет воспринято ими как попрание основ службы, и про лояльность Дворцовых, на которой всё и держалось в деле охраны Рода Романовых, можно было смело забыть.
— Прохор, так что делать? — вздохнул я.
— Понял, наконец? — хмыкнул воспитатель. — Вот и молодец. А если хочешь выяснить правду, обращайся с этим вопросом к отцу. И прояви должную настойчивость. Думаю, он тебе не откажет. Смотришь, и появится у тебя шанс с этими дамочками откровенно побеседовать…
— Спасибо, Прохор.
Около семи часов вечера ко мне в особняк «пожаловали» Великие князья Николай и Александр Романовы. Первым делом мы осмотрели теперь уже их покои. Братья остались довольны, тем более что Дворцовые уже перевезли их вещи со старых квартир.
— Лёха, как и договаривались, постараемся не шуметь. — хлопнул меня по плечу Александр. — Спасибо, что приютил, родители, вроде как, даже не особо возражали.
— Не за что! — отмахнулся я. — Веселее будет. Места много, всем хватит.
— Лёха, а что там за разговоры ходят по поводу Совета Рода? — спросил Николай. — Якобы, именно по твою душу его собирают?
— Да, мои что-то такое тоже обсуждали. — кивнул Александр.
— Набедокурил я тут сильно… Доспех Императора чуть гневом не снёс… Разозлился на деда сильно. Но потом исправил. Вот теперь и пожинаю плоды своей несдержанности. — признался я братьям.
— А подробностями… можешь поделиться? — осторожно спросил Николай.
— Помните мой звонок Государыне по поводу Сашки Петрова? — братья кивнули. — Вот с него-то всё и началось. Пойдемте, остальное расскажу за ужином. — я повёл их в столовую.
Понятно, что Николаю с Александром я выдал версию «лайт», где моего друга Валькирии просто отвезли в имение Петровых и приказали сидеть до особого распоряжения, а дальновидный царственный дед, предполагая мою негативную реакцию, взял вину бабки на себя.
Про подробности конфликта с бабкой братьям говорить ничего не стал, как и про мои методы разрешения этой ситуации. Вот уж про это им точно знать было совсем необязательно, а то ещё «бояться» меня начнут и сбегут куда подальше.
