В кабинете канцелярии царил мрачный воздух — тишина подавляла, словно гнетущая пелена сковало каждое дыхание. Вокруг только бумаги и чернил, а Викуся смотрела на меня с ненавистью в глазах. Страшное замешательство и межведомственная тяжба — вот каким был мир за стенами этого уютного кабинета....
Одновременно с этим я подам рапорт о моем переводе на должность, более соответствующую моей квалификации.
Ответить на эту эскападу ротмистра я ничего не успел, за меня это сделал Прохор:
— Равняйсь! Смирно! — рявкнул он, а Михеев, деревянной куклой, выполнил команды. — Отставить истерику, ротмистр! А теперь слушай меня, Вова. Никому ты ничего докладывать не будешь, как и рапортину о переводе писать. Ты и без меня прекрасно знаешь, что фактически подчиняешься напрямую Алексею Александровичу и мне, а значит информация за границы особняка уходить не должна.
— Есть никому не докладывать и рапорт не писать! — ротмистр вытянулся еще больше.
— Рад, что ты начал приходить в себя, Владимир Иванович. — кивнул Прохор, ухмыльнулся и подмигнул мне.
— Пойдемте в гостиную. — хмыкнул я. — Там и продолжим.
Когда мы расположились на диванах в гостиной, я попросил начальника моей охраны:
— Владимир Иванович, для начала опишите свои ощущения от моего воздействия. Желательно, в сравнении с вашим предыдущим опытом… общения с колдунами.
— Хорошо, Алексей Александрович. — кивнул он и задумался на пару мгновений. — Сразу хочу отметить, и это совсем не лесть, что ваше воздействие было… более мягким, что ли… — он пытался подобрать слова, — чем в случаях с другими колдунами.
— Иваныч прав, Алексей. — добавил Прохор. — Теперь и я для себя сформулировал те ощущения, которые у меня были, когда ты меня в этой самой гостиной погасил, мерзавец! Не было удара обухом по голове, просто яркая вспышка в сознании, а потом темнота… И голова, когда в себя пришел, практически не болела…
Мне, конечно, было приятно слышать, что мое воздействие качественно отличается от воздействия других колдунов, но…
— И что это значит? — спросил я у них.
Прохор с Владимиром Ивановичем одновременно пожали плечами.
