Что предлагаешь делать? — спросил высокопоставленный чиновник у своего приближенного. В ответ послышался ровный голос человека, внешне ничем не примечательного. Это был доклад каждой недели, но его смысл оказался в другом - подталкивание к нужным решениям с помощью ученика МИУ, который теперь будет легко контролироваться. Власть стремилась сохранить стабильность, но всё было не так просто......
— Только и есть, что фамилия, как и у дядьки!
Ну а что можно было ожидать от них в такой ситуации?
— Играть-то будем, Владимир Ильич, или сдаётесь? — осведомился я издевательским тоном.
Он что-то буркнул и уселся на диван, хотя, по не писанным правилам, должен был собрать для меня шары в пирамиду. Третья партия закончилась со счётом восемь-два в мою пользу, Паршин играть вообще прекратил, мне приходилось постоянно ждать, пока он с друзьями выпьет, а потом на десять раз «оценит позицию». Два его шара были моими «штрафами», первый объявил Харитонов, второй — Ильин.
— Господа! — обратился я к троице. — Пришло время рассчитаться! Сейчас я вас буду бить!
— Ты что несёшь, Пожарский! — ухмыльнулся Харитонов, а Ильин кивнул. — Иди домой, дальше в шарики тренируйся.
Паршин же, видевший фокус с шаром, отнёсся к моей угрозе серьёзно и молча сжал кулаки.
Перейдя на темп, я перепрыгнул стол и хотел сходу ударить ногами Паршина в грудь, но не сумел — тот успел сделать шаг в сторону и сам нанёс мне удар правой ногой. Жалости не было — за место блока я ударил навстречу, целясь в колено, куда и попал. Что-то хрустнуло, но я не остановился, и левой рукой ударил капитана в грудь.
— Убью, сука! — через тело своего дружка переступает Харитонов и устремляется ко мне, за ним следует Ильин."
"Им я решил сломать только руки. Подготовлены эти товарищи были, конечно, на уровне, но даже до «волкодавов» не дотягивали, слишком всё было прямолинейно — удар ногой в колено и двойка руками в голову и в грудь, уклониться от которых не составило никаких проблем даже между бильярдными столами.
