Что предлагаешь делать? — спросил высокопоставленный чиновник у своего приближенного. В ответ послышался ровный голос человека, внешне ничем не примечательного. Это был доклад каждой недели, но его смысл оказался в другом - подталкивание к нужным решениям с помощью ученика МИУ, который теперь будет легко контролироваться. Власть стремилась сохранить стабильность, но всё было не так просто......
Он побледнел, развернулся ко мне и, удачно закрыв от Ильина, махнул правой, которую я встретил рубящим движением своей правой, а левой, в четверть силы, ударил ему в голову, после чего переключился на Ильина. Тот не оказал особого сопротивления, а попался на тоже, что и Паршин — я пробил его блок, сломав обе руки. Вой Ильина пришлось обрывать очередным ударом в голову.
Удовлетворённо оглядев дело рук своих, я уселся на соседний диван и стал ждать реакции Долгоруких, которая и проявилась в виде трёх настороженных охранников и Андрея, быстро шагавшего от своего стола, огибая столпившихся посетителей бильярдной.
— Лёшка, что случилось? — он не смотрел на меня, а разглядывал три тела в форме Измайловского полка.
— Повздорили с господами офицерами. Поверь, у меня не было другого выхода. — спокойно ответил я ему. — Вызывайте скорую. — это я кинул охране.
— И что теперь будет? — поинтересовался Андрей.
— Не знаю. Пусть старшие разбираются. Звони отцу и деду, а я своего буду вызывать.
Глава Рода ответил после третьего гудка.
— Деда, я на бильярдном турнире трёх офицеров-измайловцев покалечил. Приезжай в «Метрополию», Долгорукие уже в пути.
— Лёшка, тебя хоть из дома не выпускай! — рявкнул в трубку дед. — Еду!
Я убрал трубку в карман и подумал про себя: сколько же проблем доставляю своим близким…
Пока ждали старших родственников, я кратко рассказал Андрею о причинах, побудивших меня так поступить с этой троицей, которую как раз грузили на носилки подъехавшие медики. Мой университетский друг меня поддержал, и заметил, что на моём месте поступил бы точно так же.
Долгорукие появились минут через двадцать.
— Как вы нам всё это объясните, Алексей Александрович? — спросил меня злой Глава Рода Долгоруких.
— Господа Паршин, Харитонов и Ильин меня весь вечер оскорбляли, вот и… — я кратко описал произошедшее.
— Записи с камер готовы? — он обратился к начальнику СБ «Метрополии».
— Да, ваше сиятельство! — кивнул тот.
— Мы пошли смотреть записи, а вас я попрошу никуда не отлучаться, Алексей Александрович!
Когда князь Долгорукий ушёл, я обратил внимание, что к охранникам «Метрополии» добавились ещё какие-то молодые люди, видимо призванные дополнительно гарантировать моё присутствие на «месте преступления».
— Не обращай внимания.
