Автор
В кафе на грязной синей стене светила тусклый дневной свет. Вокруг царила невеселая тишина - ни московских ледяных шквов, ни городской тревоги. Я сидела и наблюдала за тем, как Ленка Горбунова смотрит в окно, словно пытается увидеть нечто заморское между рядами проезжающих машин, пронизанных летними сумерками....
Едва за ним захлопывалась дверь, Вера Петровна принималась точить зубы о неразумную дочь.
– Боже! Откуда он выполз! Не умеет пользоваться ножом! А это кольцо! Он что, женат?
– Нет, – сквозь зубы отвечала Оля, – Самуил свободен.
– Почему же носит знак обручения? – не успокаивалась Вера Петровна.
– Это всего лишь перстень.
– Фу, как вульгарно!
Ольга краснела, но молчала. Леся же попыталась образумить родительницу и один раз, когда мать снова завела речь об ужасном воспитании и отвратительных манерах ухажера старшей дочери, сказала:
– Знаешь, оставь его в покое.
Решила избавить сестру от занудных причитаний маменьки и мгновенно пожалела о содеянном, потому что на Лесю обиделись обе стороны: и Оля, и Вера Петровна.
Впрочем, мама, похоже, сделала выводы, потому что замолкла. Самуила она более не обсуждала, была с ним холодно-приветлива. Леся решила, что проблема устаканилась, но через месяц после беседы грянул гром.
Однажды Вера Петровна вернулась домой, неся в руках какой-то пакет.
– Ну-ка, идите все сюда! – крикнула она домашним. – Немедленно!
Дочери явились на зов.
– Вот! – заявила Вера Петровна, вытаскивая из пакета бумажку. – Спасибо, остались еще друзья, помогли! Скажи, Ольга, что тебе известно про Самуила?
– Только все хорошее, – напряглась дочь, – мама, если ты опять собралась говорить про него гадости, лучше не начинай.
– Делаю в своем доме что хочу! – взвизгнула Вера Петровна.
– Тогда я пойду отсюда, не имею никакого желания участвовать в подобной беседе! – Оля повернулась спиной к ней.
– Стой! – воскликнула мать. – Вот, читайте!
Леся выхватила из рук Веры Петровны листок и растерянно протянула:
– Ну не может быть.
– Что там еще? – обернулась Ольга и тоже уставилась на бумажку.
Повисло молчание.
– Ясно теперь? – торжествующе заявила мать. – Твой ненаглядный Самуил на самом деле вульгарный уголовник, отсидел срок за аферу. Обманул сразу двух дурочек, сначала и той и другой в любви признавался, а затем у них из дома золотишко вынес.
Ольга положила листок на стол.
– Я об этом знаю.
– Откуда? – удивилась Вера Петровна.
– Самуил рассказал. Да, он совершил ошибку, по глупости, но теперь давно ведет нормальный образ жизни.
Сестры с матерью накинулись на Ольгу:
– Чтобы ноги его в нашем доме не было!
– Позор!
– Гнать вон мерзавца!
– Пусть попробует сюда явиться!
– Милицию вызовем.
– Его из Москвы выгонят.
