Автор
В кафе на грязной синей стене светила тусклый дневной свет. Вокруг царила невеселая тишина - ни московских ледяных шквов, ни городской тревоги. Я сидела и наблюдала за тем, как Ленка Горбунова смотрит в окно, словно пытается увидеть нечто заморское между рядами проезжающих машин, пронизанных летними сумерками....
И потом, при чем здесь Настя?
Леся наморщила нос:
– Так она нас всех спасла!
– Вы о чем?
Леся расправила взлохмаченные волосы.
– Через месяц после той нашей ссоры Самуил ушел от Ольги к Насте. Звягинцева отбила его у подруги. Вот какая она оказалась! Настоящий человек.
Я возмутилась до глубины души:
– Однако оригинальное у вас понимание дружбы. Лично мне кажется, что Анастасия совершила подлость, похитив мужа у Ольги. Знала ведь: Капова любит супруга, и не постеснялась начать охоту в чужом лесу.
Леся кивнула:
– Согласна, на первый взгляд все так и выглядит. Но вы не знаете основного. Это мама попросила Настю о помощи. Та сказала, что очень любит Олю и хочет помочь подруге вылезти из нехорошей ситуации. Ну и пустила в ход свои чары, Настя умела обходиться с парнями. Самуил ушел, больше он, слава богу, никогда к нам не возвращался, позор был похоронен, семья сохранила доброе имя, а все благодаря Насте.
– Ваша сестра потом вышла замуж? – тихо спросила я.
– Нет, – покачала головой Леся, – кукует одна, но ей никто не нужен, кроме пациентов. Наша Олечка решила заработать все имеющиеся на этой земле денежки. А вы напишите правду про «Красотин» и про то, что у нее муж уголовник был!
Злобность Леси ставила меня в тупик.
– Насколько я понимаю, – стараясь сохранить ровный тон, протянула я, – вы боялись запачкать свою родословную связью с человеком из криминального мира и вдруг просите обнародовать порочащие вас сведения.
– Я ничего плохого не сделала!
– Употребив словечко «вас», я имела в виду семью Каповых.
– Я давно ношу фамилию Селиванова.
– Но все же тень упадет и на вас, как на сестру, и, повторюсь, сама Ольга потеряет заработок, а ее домашние лишатся источника доходов.
Леся кусала губы. Было видно, что в ее душе идет тяжелая борьба, наконец она решительно произнесла:
– Нет, напишите все-таки правду. А то люди Олькой слишком восхищаться начали, она все получила, и деньги, и славу, щелкните ее по носу побольней.
– Совсем малость, – усмехнулась я, – не стоит даже и обсуждать такие копейки.
– Верно, – не заметила моей иронии Леся, – для Оли подобная сумма ерунда, отстегнет и не заметит.
