Автор
В кафе на грязной синей стене светила тусклый дневной свет. Вокруг царила невеселая тишина - ни московских ледяных шквов, ни городской тревоги. Я сидела и наблюдала за тем, как Ленка Горбунова смотрит в окно, словно пытается увидеть нечто заморское между рядами проезжающих машин, пронизанных летними сумерками....
– Ну как, – поинтересовался Ванька, втаскивая меня за сцену, – похоже, ты из наших!
– Из каких? – в изнеможении поинтересовалась я.
– Улетела, да? – прищурился Ваня. – Поймала зал?
– Что, такое со многими бывает? – пробормотала я.
Ваня кивнул:"
"– Да, иначе с какой стати мы на сцену лезем? Думаешь, только ради денег? Нет, милая, есть еще что-то, немногие, правда, могут это ощутить, но уж если раз схватил тебя кайф, то все, навсегда. Кстати, можно не обладать голосом, но уметь чувствовать зал, попадать с ним в резонанс, и тогда публика будет тебя обожать, пойдет энергообмен.
Я потрясла головой:
– Мне плохо.
– Это с непривычки, давай в гримерку отведу, – засуетился Ванька, – иди тихо, теперь торопиться некуда.
Держа музыканта за руку, я поплелась по коридору, один поворот, другой, третий… За очередным углом глаза наткнулись на белокурую девочку, ту самую, в футболке с собакой. Около нее стояло несколько человек: высокий парень с бледным лицом, стройная, если не сказать худая, девушка с чуть раскосыми карими глазами и лысый толстячок в сильно мятом костюме.
У меня в голове вспыхнул огонь. Таблетки, Ленка Горбунова, машина, врачи, «она умерла», «кого вы мне привезли, эту закопайте»… Виски сжал обруч, во рту пересохло, ноги мелко задрожали, по шее потек пот.
– Как зовут мою собаку? – внезапно звонко выкрикнула девочка. – Говори, быстро.
Меня накрыло жаром, я сдернула с головы парик.
Девушка и парень отшатнулись, толстяк начал краснеть. Ванька попытался увести меня. Но ноги окончательно перестали повиноваться хозяйке.
– Хуч! Мопс Хуч! Его зовут Хучик! Милый, любимый… Хучик!
И тут стены, окончательно сомкнувшись, лишили меня возможности видеть, слышать, разговаривать…
ГЛАВА 32
Я открыла глаза и чихнула. Надо мной моментально нависло лицо Оксаны.
