Заместитель начальника сыскной полиции Родион Ванзаров вновь оказывается в центре опасной игры. Ему предстоит разоблачить членов тайного общества «Первая кровь» и выявить врагов государства, прежде чем их заговор приведёт к катастрофе. Время работает против него.
— По правде говоря, надеялся увидеть убийцу.
— Только предполагаете, кто он? Вчера, кажется, уже знали…
— Знаю его под псевдонимом «Антон Чижъ».
— Автор уголовного романчика? — изумился Берс. — Не путаете?
— Ничуть. У меня есть его портрет.
— Не может быть! Покажите!
Из глубин явилась помятая фотография и была предъявлена любопытствующему чиновнику.
— Но позвольте, здесь только князь да Петр Александрович… — с сомненьем проговорил Берс.
— Гляньте вот сюда… — Палец коллежского советника уткнулся в нижний уголок снимка.
— Где?
— Да вот тут, отражение в крохотном зеркальце…
Берс приблизил карточку, покрутил так и эдак и признался, что ничего не находит.
— По-моему, там вообще нет никакого зеркала, — закончил он.
— А вот я вижу то, чего нет на самом деле.
В лице Николая Карловича случилась перемена: исчезло мягкое и чуть глуповатое выражение, даже милые морщинки у глаз как будто разгладились.
Среди кленовой аллеи стоял все тот же мелкий чиновник в потертом сюртуке и с нелепым портфельчиком, но стал он другим. Налетел легкий, уже осенний ветерок.
— О чем это вы? — спросил Берс незнакомым, ломаным голосом.
— Разве не ясно? Такой умница, а простых вещей не понимаете… — Ванзаров укрыл от греха подальше драгоценный снимок. — Так здравствуйте, Антон Чижъ…
Коллежский асессор быстро отступил.
— Не бойтесь, у меня ни оружия, ни ручных цепочек, — совершенно спокойно признался Ванзаров. — И поединков устраивать не намерен.
— Как узнали? — Берс цепко следил за каждым движением спутника.
— Ну, начать с бани… — Родион Георгиевич сорвал листик и понюхал: уж небо осенью дышало. — Не верю в приведения, стало быть, соверфить нападение на господина Берса мог только один человек: господин Берс. Окунулись в лохань с кипятком, упали на пол и давай играть сценку. Только ведь не учли, что лежать надо на спине, так бы дуфила опытная рука, а вы на животе кувыркались, потому что кожа саднила после кипятка…
— Дальше…
— Любовь к пифущим мафинкам. Ладно, отправили письмецо мне, так ведь сколько еще! И барону Фредериксу, и статейки в «Новое время», и приказы передать труп в академию, и записку от покойного Выгодского, да и нынефнее приглафение…
— Не вижу, при чем здесь я.
— Логика простая, — Ванзаров отпустил листок по ветру. — Во-первых, когда я попросил напечатать слово «аякс», так резво бросились исполнять, что сомнения отпали — умеет. Откуда навык? В присутствии у вас мафинки нет, вам полагается документы расписывать пером. И все же умеете.
