В Книге "Камуфлет" читатель оказывается в мире, где герой несет бремя семейных конфликтов без давления ни отца, ни матери. Наполненная драматизмом и тонкой психологией, эта история создает атмосферу глубокого понимания человеческих связей в самых трудных ситуациях.
Гостя он приветствовал нечленораздельным лепетом под слабое помахивание ладошки. Только самый внимательный взгляд узнал бы в добродушной кашице доктора Звягинцева собственной персоной.
Зато другой участник вечеринки был полон сил, хоть в разодранной сорочке до пупа, и гостя наградил сивушным амбре.
— А, дуся Ванзаров! — победно закричал он и бросился обниматься.
Родион Георгиевич кое-как стерпел изъявление чувств подданного республики. Да, все европейские привычки месье Жарко слетели вмиг, открыв до боли родную физиономию.
— А ведь ты, друг Ванзаров, обманул меня! — с неподражаемой ноздревской интонацией провозгласил гипнотизер, причем усы его встали торчком. — Но я не сержусь, так и знай! Славный ты человечище, правда, докторишка?
Аристарх Петрович выразил согласие томным мычанием.
— Андрей Иванович, у меня дело… — начало Ванзаров, но был немедленно схвачен в охапку и препровожден к столу. Сила у Жарко оказалась просто какой-то бурлацкой.
— А ну-ка выпей с нами за науку и прогресс! — с мрачной решимостью потребовал русский мсье и немедленно наполнил бокал бордовой жидкостью.
Имея солидный опыт подобных коллизий, Родион Георгиевич отнекиваться не стал, а приготовился нести свой крест, лишь потребовал рюмку водки, сославшись на изжогу от вина.
Обжигающая жидкость растворилась в голодном желудке коллежского советника бесследно.
— Вот за это люблю! — крикнул Жарко и полез целоваться в губы.
Тут уж Ванзаров увернулся, как мог и только спросил:
— Могу ли знать… — но был нахально оборван:
— Да знаю, что тебе надо! На вот… — И Андрей Иванович протянул смятую бумажку.
Клочок оказался чеком Азовско-Донского банка.
