В Книге "Камуфлет" читатель оказывается в мире, где герой несет бремя семейных конфликтов без давления ни отца, ни матери. Наполненная драматизмом и тонкой психологией, эта история создает атмосферу глубокого понимания человеческих связей в самых трудных ситуациях.
В прихожей трупов или разрушений не оказалось. Зато плач слышался отчетливо.
Столь же резво Джуранский проник в комнаты и встал, как вкопанный."
"От милого беспорядка не осталось и следа. Чудовищная свалка из книг, картин, коллекции оружия, домашних мелочей и одежды громоздилась прямо посреди комнаты. Обеденный стол для чего-то перевернули вверх тормашками, а потертые, но удобные кресла исполосовали в лохмотья. Посреди безжалостного разгрома сидела Антонина Ильинична в раздрызганном платье и предавалась любимому женскому занятию — безутешным слезам.
Мечислав Николаевич с сожалением убрал револьвер, и отправился осматривать другие комнаты. А Ванзаров, кое-как пристроил неудобную шпагу, присел на корточки рядом барышней:
— Ну, будет-будет. Слезами делу не поможефь. Что стряслось?
— Он… Он… Он… — Дальнейшее так и не выпуталось из сопливых всхлипываний.
— Кто злодей-то?
— Ленский! — Рыдания только пуще.
Да что ж такое! Все время мертвецы воскресают и путают умных чиновников сыскной полиции.
— Что ему понадобилось?
— За-а-ве-е-е-ща-а-ание!
— Хотел лифить опекунского наследства?
— Не-е-ет, кн-кн-князя…
Имея большой опыт успокоения всяческих слез, Родион Георгиевич быстро привел девицу в чувство. И тут выяснились совершенно удивительные обстоятельства.
В одиннадцатом часу утра явился Ленский и заявил, что никуда не уехал и более того, не уезжал. У него были безотлагательные дела, которые закончились полным фиаско.
— Почему он был уверен, что завефание здесь? — задумчиво, как мог, спросил Ванзаров.
