Автор
В глубинах Олимпа ждут каникулы самый могучий бог и его верный советник. Главные герои, под ударами шутовского закона Рандома, пытаются выжить в этом мире без порядка и справедливости. Судьба каждого зависит от капли случайности — а значит, каждый может стать жертвой или спасителем. Внутренние конфликты героев создают напряженную атмосферу, где каждое слово имеет значение, и судья Рандом оставляет неизвестным, кто же победит в этих кровавых каникулах....
Первый вокруг матери, а второй вокруг себя.
В-третьих, следующий выстрел откинул меня на верхнюю ступеньку трапа, с которой я сполз на асфальт взлётки. А из моей груди практически незаметная из-за красной рубашки струилась кровь.
«Почему никто не говорил, что пуля в грудь — это так больно?»
Глава 7
«Ты не поверишь, — зло ответил мне Игорь, — но до твоего подселения я тоже пулю в грудь не получал».
«Ещё меня обвини, — кряхтел я, одновременно с этим пытаясь понять, откуда стреляли и что делать дальше. — Вряд ли боги будут хреначить огнестрелом».
На этот раз мне повезло. Налетевшая толпа репортёров обступила меня настолько плотно, что выстрел сквозь неё представлялся очень уж проблематичным.
Я слышал, как кто-то из них вызывает скорую, что-то истерично крича об убийстве князя вечеринок.
Да сейчас ещё, не дождётесь.
Впрочем, надо было действительно что-то решать с уязвимостью. Пара процентов благодати, как оказалось, очень даже мало для того, чтобы выжить.
«А если бы у него был пулемёт? — подумал я, на мгновение забыв, что с некоторых пор делю тело с ещё одним индивидуумом.
«Я думал, боги бессмертны, — заметил на это Игорь, заставив меня внутренне вздрогнуть. — Или тоже самопиар?»
«Бессмертны-то мы бессмертны, — проговорил я, размышляя, как ответить Туманову, чтобы он понял, но вместе с тем, чтобы не раскрыть все карты. — Только вот душу-то божью можно и запихать в такое место, где солнце не всходит, если ты меня понимаешь».
«Что-то типа парализованного тела? — поинтересовался Игорь, и я оценил его самоиронию. — Или бывает похуже?»
«Знаешь, мне с тобой даже повезло, — честно признался я Туманову, потому что в данном случае скрывать было нечего. — Да, я потратил дофига божественной благодати, чтобы тебя поднять на ноги, но зато ты — человек понимающий. Хоть и нудный, как привратник преисподней».
«Понимающий? — переспросил Игорь, и я решил, что он напрашивается на комплимент. Что ж, ладно. — В смысле, не мешающий?»
«И это тоже, — ответил я, одновременно шаря глазами поверх репортёрских голов, пытаясь отыскать возможную угрозу.
«Ты просто не знал, что внутри кто-то есть, поэтому так и вышло, — сказал мне Туманов, чем умудрился немало разозлить. — А так бы тоже отправил бы».
