Сердитый холод и беспокойный пейзаж создают напряженную атмосферу в "Капкане для Бешеной". Сюрреалистичная шантарская весна обещает множество непредвиденных событий, заставляя героев бежать от аварий и гололеда к следующему приключению.
На улице посвистывал ветерок, особенно противный после добровольного ухода из Эдема. Она подняла воротник, торопливо прошла до перекрестка, перебежала на другую сторону под носом у приземистой иномарки. Направилась к огромному, на полквартала, помпезнейшему зданию управления железной дороги, возведенному во времена архитектурных выкрутасов в стиле «поздний вампир Великого Вождя».
Машина, конечно же, была на месте. Искать там бомбу в лучших традициях жанра не стоило.
На душе остервенело скребли кошки, но глаза были совершенно сухими.
Глава двадцать пятая
Денек под знаком Шекспира
Самой простой проблемой из тех, что ей предстояло решить наутро, оказался бойфренд Федя. Вернувшись ночью домой, Даша застала его почти в той же позе, заботливо раздела, в два счета приготовила реквизит завтрашнего спектакля и улеглась рядом, почти сразу же провалившись в сон без особых кошмаров.
Ночь, как и следовало ожидать, прошла спокойно – никто не швырял бомб в окна, не стрелял и не звонил в дверь. Она проснулась минут за двадцать до трезвона будильника, сварила кофе и принялась расталкивать любящего напарника.
Он проснулся с превеликим трудом, сел в постели, обеими руками придерживая голову – явно гудевшую. Даша присела рядом и без особых угрызений совести погладила по голове:
– Отличился, чадушко?
– Это что ж такое? – простонал он, собирая мысли. – Полный абзац котенку…
– Ты что последнее помнишь? – поинтересовалась она вкрадчиво.
– Выпил – и отрубился.
– Вот то-то, – покачала она головой.
– Я ж одну-единственную рюмаху…
– Это, милый, твое последнее трезвое воспоминание… – изо всех сил сохраняя на лице бесстрастие, сообщила она. – Остальные рюмахи прошли соколом, ты развеселился, воодушевился, долго мне повествовал, что еще найдешь их всех и по стенке размажешь, а то и в Шантаре перетопишь…
Он покосился по сторонам, стараясь не шевелить головой. Однако Даша постаралась на совесть – рядом, на столике, красовались две пустых бутылки, одна стояла, другая лежала, тут же на блюдечках – остатки скудной закуски, кое-где живописно украшенные окурками.
– Я ж не курил…"
"– Правильно, – сказала Даша. – Это я под конец была хороша… Красиво мы поплыли с двух пузырей – не поели толком, да еще перенервничали… Как меня прижимал под душем, помнишь? А как я на тебя кофе пролила?
– Что-то такое в памяти всплывает… Слушай, я не особенно вчера…
– Ладно, не переживай, – великодушно сказала Даша.
