Я не знаю, как мне выразить словами свои чувства к тебе, но ты хотела, чтобы мы написали наши собственные клятвы, так что я собираюсь попробовать.
Останавливаясь, чтобы посмотреть на меня, он сглатывает, комкает бумагу и отбрасывает ее в сторону.
— Да, ничто в этом не отдало бы тебе должного. Нет слов, чтобы выразить, как сильно я люблю тебя, потому что, боже, у меня от этого кружится голова. Ты - причина, по которой я встаю по утрам. Первый человек, к которому я хочу пойти, когда у меня плохой день, и когда у меня хороший день. Возможно, мы начинали не так, как любая другая пара, но я думаю, что это только делает нас сильнее. Ты была самым большим риском, на который я когда-либо шел, и ты была лучшим риском, на который я когда-либо шел.
— Нет никого другого, кто любил бы так, как любишь ты, - так беззаветно и без всяких угрызений совести. И знать, что я смогу сидеть под твоим светом и любоваться тобой до конца своих дней, - это все, о чем я могу просить. Поэтому я обещаю любить тебя, быть рядом с тобой и поддерживать тебя всем, что у меня есть, пока мир не взорвется, а возможно, и тогда. Спасибо тебе не только за то, что любишь меня, но и за то, что никогда не отказываешься от меня.
Мое сердце похоже на лужу воды, оно едва бьется, потому что он забрал его - украл его прямо из моей груди. Слезы текут по моим щекам, когда я беззвучно говорю ему: «Я люблю тебя». Но единственным звуком, который мы слышим, является всхлипывание позади меня. Хейс наклоняется в сторону и смотрит на Мали.
— Правда, Мэл? — спрашивает он.
Она издает влажный смешок. — Заткнись. Моя лучшая подруга выходит замуж, а она даже не предупредила меня, чтобы я могла привыкнуть к этой мысли.
Все смеются, и я на мгновение отвлекаюсь от Хейса, чтобы обнять свою лучшую подругу. Оглядываясь назад, я должна была сказать ей, особенно теперь, когда я знаю, что она не собиралась пытаться отговорить меня от этого. Но последние несколько дней были таким ураганом в самом лучшем виде. И, кроме того, ее реакция была фантастической.
— Он крадет тебя у меня, — громко шепчет она.
Я хихикаю и глажу ее по голове. — Никто никогда не сможет украсть меня у тебя."
"Она поднимает глаза и сердито смотрит на Хейса. — Слышал это? Никто.
К счастью, Мали - единственный человек, с которым он не испытывает ко мне собственнических чувств. Я имею в виду, это, вероятно, потому, что он знает, что она ударила бы его по голове так сильно, что он даже не вспомнил бы, кто я, но все же.
Хейс ухмыляется, когда я отпускаю Мали и снова поворачиваюсь к нему лицом.
— Лейкин, — говорит пастор Тодд, кивая мне, чтобы я продолжала.
Я делаю глубокий вдох.
Я справлюсь.
— Хейс. Я стою здесь, перед тобой и нашими семьями, и мне поручено объяснить, как много ты для меня значишь, но ты был прав.