Значит, скоро Арландо перестанет пиздеть и перейдёт к делу…
Облизываю разбитые губы, утоляю жажду кровью.
- Резать, так два, для симметричности. – Поддеваю испанца. Он слабое звено из троицы, что осталась со мной. Его эмоции сыграют против него.
Ошибка Арлика, он посчитал, что трое с лёгкостью справятся со мной.
- Да хоть сначала уши, потом яйца, любой каприз. – Уно подходит ко мне вплотную и достаёт нож. – Я могу вообще тебя на лоскуты пустить, Сириец. Не такой страшный, как о тебе говорят. Без яиц совсем будешь жалким.
Он искренне в это верит. Маленький глупец. Самонадеянность всегда убивает.
Уно кровожадный и это пугает обычных людей, что не валяются в дерьме каждый день. Со мной такое не прокатывает, я не боюсь ни его угроз ни жажды резать. Даже если он оттяпает мне пол лица, я выживу и буду жить с тем, что осталось.
- Бывает. – Усмехаюсь и смотрю ему в глаза. Он же простой бычок, вспыхнет на красную тряпку. – Ну так что пиздишь без дела, приступай. Или ты только на словах крутой, а на деле скорострел не боевой?
- Уно. – грохочет за его спиной здоровенный итальянец в возрасте. Он заметно нервничает, чувствует, что я не просто так разговорился. – Он тебя специально провоцирует, оставь его. Приказа отрезать ему что-то пока не было!
- А что он мне сделает? А? – Уно опускает и прижимает нож в моему паху. – Он уже труп. Посмотри на него.
Я труп уже давно, только Уно это ещё не понял.
Подаюсь вперёд, вжимаюсь в лезвие, натягиваю железные оковы на максимум и говорю Уно прямо в лицо:
- Ничего. Но не по тому, что я труп, а потому что я не обижаю сладеньких маленьких мальчиков. Ты уже позвонил маме, сказал, что поужинал и переоделся в пижамку? М, Уно, мамин сладкий пирожочек! – Обычно молодые парни попадают в наёмники из детских домов или сбегают из неблагополучных семейств. Большая редкость, когда кто-то рождается с психическими отклонениями и просто примыкает к отбросам – убийцам. Я попадаю в точку. Уно никогда не видел мамочку, она его главный жизненный триггер. Святыня, которую нельзя трогать.
- Не тебе говорить о моей маме. – Уно плюёт мне в лицо.
- Почему не мне? Может, между нами есть кровное родство? Знаешь, сколько шлюх я переебал в своём блядушнике? Не факт, что среди них не было твоей мамы. Одну испанку я помню…
Парень замахивается ножом, делает слишком далекий рывок и теряет точку опоры, непрофессионально, им двигают эмоции. Я же раскачиваюсь назад, чтобы Уно промахнулся, полетел по энерции мне на встречу.
