Начальник отдела убийств немного отстранился и внимательно посмотрел на снимок.
— И что ты об этом думаешь, Карл? — То, что он увидел, ему не понравилось.
— Что тут особенно думать! Кто-то хочет меня запугать.
— Все полицейские за время службы наживают себе врагов. Почему ты это связываешь с тем делом, которым сейчас занимаешься? И как насчет твоих друзей и родственников? Не водится ли среди них шутников?
Карл только иронически улыбнулся: ничего себе выдумал!
— Мне трижды звонили ночью. У гадай, что было, когда я снял трубку: кто-нибудь там ответил?
— И что же ты от меня хочешь?"
"— Я прошу тебя рассказать, кто тормозит мое расследование. Но может быть, ты предпочитаешь, чтобы я сам позвонил директору?
— Она придет сюда во второй половине дня. Тогда и подумаем.
— Я могу на это рассчитывать?
— Мы подумаем.
Выходя из кабинета, Карл хлопнул дверью несколько сильнее обычного и сразу же нос к носу столкнулся с бледным спросонья Баком. Кожаная куртка, в которую тот обыкновенно был плотно застегнут, сейчас небрежно висела на одном плече. Оказывается, и такое бывает. Чудеса, да и только!
— Ну что, Бак? Говорят, ты от нас уходишь? Наследство получил, что ли?
Бак помолчал, словно прикидывал, каков общий итог их совместной работы — положительный или отрицательный. Потом немного повернул голову и сказал:
— Сам знаешь, как у нас — либо ты чертовски хороший полицейский, либо чертовски хороший отец семейства.
Карл уже хотел было похлопать его по плечу, но удовольствовался тем, что пожал руку:
— Последний рабочий день! Желаю тебе удачи и семейного счастья, Бак! Хотя ты и ужасная зараза, но бывают, ей-богу, и похуже, так что если надумаешь вернуться, я буду только рад.
На усталом лице Бака отразилось удивление — а может быть, это была растроганность. Внешние проявления эмоций у него были так малы, что их попробуй пойми.
— Ну, особо вежливым ты никогда не был, но вроде сам по себе мужик ничего, — отозвался он, покачав головой.
При тех отношениях, что сложились между этими двоими, сказанное было равносильно дифирамбам наивысшего разряда.
За своим барьером стояла Лиза, а перед ней возвышалась гора бумаг ничуть не меньшая, чем та, что громоздилась у Карла в коридоре и ждала, пока ее разложат по столам, заказанным Розой… Он уже повернулся, на ходу кивнув Лизе, но Бак снова окликнул его.
— Карл! — Бак обернулся, уже взявшись за ручку двери начальственного кабинета. — Тебе мешает не Маркус, как ты, наверное, думаешь. Это Ларс Бьёрн. — И добавил, подняв указательный палец: — Учти, я этого не говорил.
Карл бросил взгляд в сторону кабинета заместителя. Как всегда, жалюзи на окнах, выходящих в коридор, были опущены, но дверь открыта.
— Насколько я знаю, он на совещании у директора полиции, — сказал Бак на прощание.