Когда кристал взрывается с такой силой, что ни один человек не в состоянии его увидеть или прикоснуться к нему — это еще большая трагедия. Он жжет, причиняя невыносимую боль. Единственный способ спрятать этот алмаз — перекроить его в десятки подобных, но из стекла и распределить по всему миру, чтобы никто не мог его найти....
Он был занят невиннейшим из всех злодеяний мрака делом – пытался скрепкой вскрыть чужой почтовый ящик. Вскрыл, вытянул из ящика ненужную никому газетенку и печально вздохнул.
* * *– А теперь, ботан, давай ту же песенку заново! Нажимай кнопку «плэй»! – потребовала Варвара.
– Какую песенку?
– Про мраморную бошку!
– Я же тебе рассказывал! – с укором сказал Корнелий.
– Я не слушала. Пока ты болтал, я думала о тебе, что ты меня предал. А когда я думаю о ком-то, что он меня предал, я его не слушаю!
Корнелий хотел вспылить, но, поймав взгляд Эссиорха, успокоился и пересказал то же самое повторно.
Пока он рассказывал, Варвара отобрала у Улиты свой тесак. Отмахнула им половину палки колбасы и бросила ее псу. Добряк проглотил колбасу не жуя. Во всяком случае, пола она совершенно точно не коснулась. Вторую же половину палки она грызла сама. Добряк полез было просить еще, но получил коленом по морде вместе с деликатной рекомендацией: «Не трамвай! Подождешь!»
– Похоже, ты нечасто кормишь свою болонку, – ехидно заметила Ната, созерцая проступающие ребра черного пса.
– Когда сама жру, тогда и он жрет. А ну да, прошу прощения, надо сказать «кушает»! – поправилась Варвара, насмешливо покосившись на Корнелия.
Ей, похоже, нравилось доставать его своей грубостью.
– И он наедается?
– Нет. Ему хавчика всегда не хватает. Ну тогда сам уже добирает, где что может. В основном крыс лопает и кошек, – отвечала Варвара спокойно.
У всех возникло стойкое ощущение, что это чистая правда."
"– Короче, тем типам нужна была мраморная башка! – подытожила Варвара, доказывая, что на этот раз слушала Корнелия внимательно.
– А кто за тобой гнался? – спросил Эссиорх.
Варвара немного смутилась.
– А вы не будете ржать? – спросила Варвара.
– Ржут кони, а люди прикалываются, – поправила Улита.
– Шпагой к стене, – сказал Мошкин, вспоминая, как ведьма часто разбиралась с Тухломоном.
– Я сама точно не поняла кто… Что-то вроде толпы очень крупных, чуть ли не по колено уродцев. Они неслись на нас с Добряком таким потоком, будто где канализацию прорвало. Они бы нас начисто смели, не подвернись железная дверь. Блин, никогда не видела таких жутких морд!.. Я думала, нам кранты! Добряк и тот скулил, как щенок!
– Нежить? – вполголоса спросил Чимоданов.
Эссиорх кивнул. Он уже слышал, что мрак нагнал в подземелья нежити, послав ее на поиски карты.
