Так как вы относитесь к тому, что он не хочет равняться на коллектив?
— Положительно, если он старается обойти серую массу и выделиться умом, знаниями, порядочностью, честностью. Дальше, пожалуйста.
В кабинет вошла учительница в очках и узкой юбке.
— Я учитель биологии, и то, что он творит на моих уроках, выводит меня из себя. Он просто срывает уроки! Это возмутительно! Вчера принес картинки с изображением совокупления, ребенка в матке. Потом устроил лекцию соученикам. Я рассердилась и отобрала рисунки. Плакал, просил вернуть. Говорит, книга отца. Кстати, отец где?
— А вот перед вами, уважаемая Юлия Михайловна. Это и есть отец, — проговорила директриса.
Юлия Михайловна улыбнулась с долей сарказма.
— В принципе, все понятно, — ехидно проговорила она.
— Саша, — мой мужчина обратился к сыну, — какую книгу ты унес?
— Леонардо, анатомические репродукции. А она говорит, что это запрещенная литература. Там еще пропорции тела и этот… «Витрувианский человек».
— Я надеюсь, вы вернете книгу?
— Хорошо, только вам в руки. Да, и еще…
— Да, папа, и еще она утверждает, что пол ребенка зависит от питания матери. Получается, что моя мама голодала, поэтому я мальчик, а Любина жирела, потому она и родила девочку. Это она в подвале, когда умирала от ожирения.
— Господи, в каком подвале? Саша, у тебя то подвалы, то Франция, то Эйфелева башня, то Лувр, то друг у него доктор Ричард Хортон из Сиэтла, он с ним работать собирается. Я понимаю, что фантазия, но врать-то зачем?
— Папа, — совсем безразличным тоном (типа, как вы меня достали!) сказал сын, — объясни ей, что я не вру.
— Так что вы от нас хотите? — уже с раздражением спросил Александр Валерьевич.
— От вас — ничего. Что вы можете дать сыну в вашем возрасте? У вас явно ненормальная семья. Мы на педсовете будем ставить вопрос.
Он не дал Юлии Михайловне договорить.
— Разрешите позвонить, — в кабинете опять раздался его баритон с нотками металла. Он набрал номер.
— Эдуард Дмитриевич, Корецкий беспокоит. У меня тут проблемка возникла, меня с супругой директор и учителя от работы отрывают. Ты бы проверил их, а то до казуистики доходит.
Дальше он пересказал проблему, рассказал о сыне, о том, как его приняли в школе. А потом пообещал зайти в гости к господину Днепрову домой с супругой и мальчиком.
— Простите, а вы с каким Днепровым разговариваете? — совершенно по-другому заговорила директриса.
— С академиком Днепровым, а что?
— Да нет, мы с Катенькой на работу. А книгу Леонардо верните.
