Начало войны изменило жизнь Деда Романа forever. Теперь он живёт в селе, но в сердце и во взгляде осталась та самая горячая кровь казака. Казачий крест — это не только атрибут, но также образ жизни и веры в честное имя перед Богом и ближним.
Похоже, «Казачий крест» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Запутавшись в юбках, девка упала на главаря, и тот невольно подхватил её, лишив себя возможности двигаться. Прыгнув к ближайшему бандиту, Матвей с ходу разбил ему кулаком кадык и, тут же развернувшись вокруг своей оси, пропустил второго нападавшего мимо, попутно нанося удар ребром ладони по шее, чуть ниже затылка.
Этого хватило. С тихим хрустом шейные позвонки бандита переломились, и он рухнул в траву, словно сломанная кукла. Удар кулаком в висок заставил главаря потерять сознание, после чего Матвей просто добил его, ударив в то же место ещё раз.
"Возвращаться на ярмарку по той же тропе было бы глупо. Значит, придётся сделать петлю и вернуться на торг другой дорогой. Быстро сориентировавшись в пространстве, парень плюхнулся на живот и ящерицей проскользнул под кустом кизила. Оказавшись за пределами полянки, где всё случилось, он вскочил и, стараясь не ломать заросли лопуха, направился к краю рощицы.
– Тебя где носит? – возмущенно поинтересовался Григорий, едва увидев сына. – Я уж бог знает чего подумал.
– Нормально всё, батя. Ещё и с прибытком остался, – нахально усмехнулся Матвей, подходя к телеге.
– Откуда? – удивился кузнец, увидев револьвер и деньги.
– Трофей, – пожал Матвей плечами.
– И сколько их было? – осведомился мастер, разглядывая сына задумчивым взглядом.
– Трое, и девка та.
– Так ты их всех?..
– Девка жива. Помята только. Рука не поднялась, – нехотя признался парень.
– И то хлеб, – вздохнул кузнец, быстро перекрестившись. – Я уж грешным делом подумал, что тебе понравилось кровь человечью лить.
– Ты чего, бать? – растерялся Матвей. – Когда это я без ума кого порешил?
– Верно. Не было такого, – подумав, кивнул мастер.
