В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
А если вас интересует мое профессиональное мнение, то могу прямо сказать, только разрешите, и я их до исподнего раздену. А этого писаку больше никто и никогда к любому издательству и на пушечный выстрел не подпустит.
— Именно это я и хотел от вас услышать, — обрадованно потер руки князь.
— Но я попрошу вас об ответном одолжении, — быстро добавил адвокат.
— Слушаю.
— Мне потребуется охрана на какое-то время.
— Охрана?! Вам?!
— Именно. Нужные люди у меня есть, но услуги их стоят недешево…
— Я понял, — решительно кивнул Николай Степанович.
— Сделаем проще, — качнул адвокат головой. — Вся оплата будет идти через меня. В этом случае никто и никогда не сможет связать вас и этот процесс. Не думаю, что лишний шум вокруг вашего имени вам интересен.
— Вы правы, Александр Васильевич. Шум мне совсем ни к чему. А вот сделать так, чтобы остальные поняли, за что с этих шкуру спускают, надо.
— Что делать с полученными отступными?
— Погасите все мои расходы, а остальное пополам с Гришей.
— Вполне. Создает все предпосылки, чтобы содрать с них побольше, — рассмеялся ловкий юрист.
Допив кофе, он откланялся и тут же развил бурную деятельность. В один день посетив и дознавателя, и доктора, и найдя даже городового урядника, проводившего задержание, он отправился по адресу, где располагалось издательство газеты. А дальше начались настоящие пляски с бубнами. Ор и ругань стояли такие, что стекла дребезжали.
"Сам же главный герой этой трагикомедии со спокойной совестью и чистой душой вернулся к своим обязанностям. В очередной раз проводив князя до дома, он отправился к себе все тем же маршрутом. На углу Фонтанки и Невского его остановил высокий, подтянутый господин в сопровождении трех казаков в форме Забайкальского казачьего войска и, с интересом оглядев парня с ног до головы, представился:
— Капитан Залесский.
— Отчего же не поговорить с умным человеком, — мрачно вздохнул Гриша.
— Ты гонор-то прибери. Не с дворником говоришь, — вдруг забасил молодой, но очень большой казак. Из тех, что называют поперек себя шире.
— Или что? — жестко огрызнулся Гриша.
