В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
Увидев его, Гриша опустил руки и, кивая себе за спину, негромко доложил:
— Все в порядке, Петр Ефимович, все целы. Напуганы только.
— Слава богу! — с облегчением выдохнул капитан, но, заметив окровавленный рукав его рубашки, снова заволновался. — Ранен? Куда попали? — принялся спрашивать он, быстро осматривая парня.
— В плечо, царапина, — отмахнулся Гриша. — Который вылетел, выстрелить успел. Слава богу, что калибр у него карманный. Да и пьян был, как скотина.
— Грузовик наш сюда! — крикнул капитан, выскочив на улицу.
— Зачем? — не понял парень. — Я лучше домой. Мало ли меня искать будут.
— Не будут. А если и станут, меня предупредят, — рыкнул капитан не терпящим возражения тоном. — А к Герцогине тебе лучше затем, что раной дома и заинтересоваться могут. Отлежишься малость и объявишься.
— Тоже верно, — смущенно хмыкнул парень.
— Научишься, — поощрительно усмехнулся капитан. — Все, собираемся и уходим.
— А дети? — снова не понял Гриша.
— Вон, бегут уже за ними, — грустно улыбнулся капитан, глядя в окно.
К домику подкатил грузовик жандармской службы, и забайкальцы принялись закидывать арестованных в кузов, словно дрова. Подошедшие к месту преступления гвардейские офицеры глухо заворчали на такое обращение с арестованными нижних чинов, но капитан, резко оглянувшись, обвел всю их группу таким взглядом, что все недовольные разом заткнулись.
Вышедший следом за ним Григорий, глянув на эту толпу, презрительно хмыкнул и, неопределенно пожав плечами, направился к машине капитана. Выскочивший непонятно откуда, словно чертик из табакерки, Семка, едва завидев окровавленный рукав парня, охнул и согнулся в три погибели, пытаясь осмотреть рану.
— Уймись, друже. Царапина там, — хлопнул его по плечу Гриша.
— Чего ж ты так неосторожно-то? — спросил Семен, явно расстроенный."
"— Выхода не было, — скривился парень. — Либо так, либо одного из детей бы потеряли.
— Так ты специально подставился? — не поверил Семен.
— Говорю же, выхода не было, — отмахнулся Гриша и, сплюнув, остановился. — Сема, не в службу, а в дружбу, сходи до беседки. Я там сумку свою оставил.
