В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
— Думаешь, он все это предвидел? — удивился Гриша.
— Ну, предвидел или нет, не знаю, врать не стану, но давно уже с ним служу и такое повидал, что иной раз хочется в церковь пойти и свечу ему за здравие поставить. Голова! Иной раз такие ситуации складываются, что хоть святых выноси, а он ничего, справляется.
— Ну, то, что он голова, с этим не поспоришь, — кивнул парень. — Да только не верится мне, что он меня специально для этого притащил. Другое тут что-то.
— Ну, так сам у него спроси, — пожал плечами водитель, явно обидевшись на неверие.
— Так спросить не сложно. А мне интересно самому сообразить, — примирительно усмехнулся Гриша.
— Думай, — ехидно усмехнулся в ответ тот. — А потом мне расскажешь, чего надумал. Вместе посмеемся. Ты лучше скажи, и вправду поможешь мне машину в княжеские мастерские на ремонт поставить? Сам знаешь, ездить много приходится, а ремонтировать толком негде.
— Помогу. Как только Петр Ефимович вопрос с оплатой согласует, так и поставим, — решительно кивнул Гриша.
— А тебе за самоуправство не влетит?
— С чего бы? Всю армию запчастями снабжаем.
— Это чем же? — не понял водитель.
— Любое дело расширения требует. А императорские службы — это завсегда кусок хлеба.
— Ловко.
— А чего у вас своей мастерской нет?
— Денег не дали. Сказали, что раз машин не много, можно и в коммерческих мастерских ремонтировать.
— Гм, интересно, — задумчиво хмыкнул Гриша. — И много таких контор по городу, которые вроде как и государственные, а своих мастерских не имеют?
— Так почитай все службы, включая пожарную.
— Добре, вернется Николай Степанович, с ним сначала поговорю, — высказался Гриша, продолжая что-то обдумывать.
Машина влетела в город и, промчавшись по улицам, остановилась у небольшого, но очень уютного особняка за Сенной площадью. Выскочив, водитель помог Грише выбраться на улицу и, взбежав по лестнице, кулаком заколотил в дверь.
* * *"
"От души потянувшись, Гриша широко зевнул и, открыв глаза, не спеша огляделся. Словно услышав, что он уже не спит, в спальню вошла Герцогиня и, с улыбкой глянув на него, ласково спросила:
— Выспался? Есть хочешь?
— Сначала в уборную, — сиплым от сна голосом отозвался парень и принялся выбираться из громадной постели.
