В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
* * *Григорий вошел в кофейню и, приметив знакомого полового, направился прямиком к нему. Заранее предупрежденный половой, расплывшись в радостной улыбке, почтительно поклонился и, перекинув полотенце через локоть, во весь голос произнес:
— Ждем-с, сударь. Ждем-с. Извольте взглянуть сами, все сделано, как вы и заказывали.
В очередной раз поклонившись, он жестом указал на один из кабинетов и, обегая Гришу с разных сторон едва ли не одновременно, продолжил:
— И сахарок наколот, и пирожные свежайшие, как вы любите, и самовар уже топится.
— Благодарю, любезный, вижу, постарался, — поддержал Гриша его игру.
Забежав вперед, половой старательно распахнул перед ним легкую дверцу и, пропустив гостя в кабинет, еле слышно произнес:
— Петр Ефимович просил напомнить, чтобы вы зря не рисковали и, ежели что, сразу выходили в общую залу. Казаки уже здесь. У окна сидят. Все оружные, ежели чего, прикроют.
— Спаси Христос, почтенный, — кивнул Гриша. — Прикажи пока чаю принести. А как мои гости появятся, так пусть сразу им кофе несут.
— Не извольте беспокоиться, сударь. Все сделаем, — усмехнулся половой и, на секунду приподняв полу жилета, показал Грише рукоять небольшого «вальтера».
— Добре. Тогда ждем, — тихо рассмеялся Григорий, укладывая на стул рядом с собой ножны сабли, завернутые в беленую холстину, и усаживаясь за стол.
Оставив дверь приоткрытой, половой исчез. Чтобы буквально через минуту появиться вновь, но уже с подносом, уставленным всякими сладкими вкусностями.
Он успел доесть все эклеры и принялся за пирожок с вишней, когда рядом с кабинетом послышался голос полового, угодливо приглашавшего:
— Сюда извольте, сударь. Вот в эту дверку. Вас ждут уже. Кофе сейчас подадут, а если чаю желаете, то самовар уже там.
— Не мельтеши, — послышался презрительный ответ. — Кофе неси.
— Сей минут, сударь, — послышалось в ответ.
Дверка широко распахнулась, и в кабинет ввалился купец Меньшов, сопровождаемый мужчиной средних лет в дорогом костюме-тройке. Из жилетного кармана свисала широкая золотая цепь, на которой посверкивал брелок в виде висячего замка. Уже знавший, что это такое, Гриша сделал глубокий вдох и напустил на себя вид туповатого служаки.
