В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
Грач прогрохотал подковами по мосту и, свернув на набережную, наддал ходу. Сильный жеребец мчался так, словно хотел обогнать ветер. И несмотря на всю серьезность ситуации, юный казак не мог не наслаждаться этой скачкой. Привстав в седле, он склонился к конской гриве и буквально слился со своим скакуном. Груженная углем телега выкатилась из переулка на набережную, и прогуливавшиеся по берегу дружно ахнули, ожидая, что сумасшедший ездок сейчас столкнется с неожиданным препятствием и попросту разобьется, но Грач, азартно всхрапнув, попросту перелетел телегу и, приземлившись на другой стороне, снова прибавил ходу.
Еще двадцать минут такой гонки, и вороной, пролетев кладбище, остановился у двух брошенных пролеток. Сидевший в одной из них хорошо одетый мужчина окинул соскочившего с коня парня удивленным взглядом и, чуть слышно хмыкнув, спросил:
— Вы, сударь, случаем, местом не ошиблись?
— Шепелявого к капитану ты посылал? — вместо ответа спросил Григорий.
— Так ты от синемундирника, — понимающе усмехнулся мужик.
— Чем вооружены?
— Револьверы, или еще чего такое, точно не скажу.
— Винтовок или карабинов нет?
— Нет, этого нет. Не видели, пока по городу катались. Но то не точно, врать не стану.
— Женщина жива?"
"— Была жива, когда сюда приехали, а сейчас… — мужик только плечами пожал. — Сам понимаешь, за этих я ручательства не дам.
— Странно, что они решили сюда ехать. Зачем, как думаешь? — вдруг спросил Гриша, глядя ему в глаза.
Вздрогнув от этого жесткого, гипнотизирующего взгляда желтых глаз, мужик растерянно поскреб подбородок и, уверенно ткнув пальцем куда-то дальше по дороге, предположил:
— Из города им не вырваться было.
— Похоже, — помолчав, кивнул Гриша.
Осмотревшись, он мрачно оглядел свое одеяние и, скривившись, проворчал:
— Вот ведь павлин в курятнике. И как прикажешь в этом по лесу ходить?
— Там подлесок густой. Да и стемнеет скоро, — позволил себе высказаться мужик, которого еще потряхивало от взгляда парня.
— Тоже верно. И где они засели?
— Вот две березы, видишь? Правее них ложбина, а в ней ручей. В той ложбине и зажали.
— Добре. Людям своим скажи, чтобы в драку не лезли.
